Великий немецкий философ Фридрих Ницше родился 15 сентября 1844 года в местечке Рексен близ городка Лютцена в семье протестантского пастора. Когда маленькому Фрицу исполнилось пять лет, отец умер, оставив сына на попечение фанатично верующей матери. В семье царила ревностная религиозность, что уже в подростковом возрасте вызывало у мальчика протест. Так, одиннадцати лет от роду он отказался идти к мессе.

Видя строптивый характер сына, мать поспешила удалить его от семьи, отдав учиться в гимназию в городе Наумбурге. Затем Ницше продолжил обучение в знаменитом в Германии интернате «Врата учения», где показал блестящий ум и способности к гуманитарным наукам. Он легко справлялся с древними языками и интересовался литературой.

В 1864 году Ницше поступил на обучение в Боннский университет, а оттуда перевелся в Лейпциг, где окончил обучение, получив диплом специалиста по классической филологии. В 1869 году будущий философ получил должность профессора в Базельском университете, где работал до 1879 года. В 1889 году Ницше тяжело заболел (как говорят исследователи, болезнь его унаследована от отца). Умер философ в 1900 году.

Все творчество Ницше принято разделять на четыре этапа, каждый из которых имеет свои особенности. Так, первый этап творчества характеризуется интересом к филологии, эстетике, творчеству философа-иррационалиста Шопенгауэра и дружбой с великим немецким композитором-неоромантиком Рихардом Вагнером. К этому периоду относятся такие труды Ницше, как «Рождение трагедии из духа музыки», «Философия в трагическую эпоху», «Несвоевременные размышления».

Второй период творчества Ницше наступил после разрыва с Вагнером и охарактеризовался началом критики философского наследия. К нему относятся работы «Человеческое, слишком человеческое», «Утренняя заря», «Веселая наука».

Третий период – это расцвет философского гения Ницше, на протяжении которого он создал наиболее известные свои произведения: «Так говорил Заратустра», «По ту сторону добра и зла», «К генеалогии морали», «Антихрист».

И в четвертый период, непосредственно предшествующий болезни, им написаны работы «Сумерки идолов» и «Esse homo».

Когда речь заходит о творчестве Ницше, первое, о чем мы вспоминаем, – это сверхчеловек, с которым связаны нацистские проповеди превосходства арийской расы и мечты о «высоких, стройных и белокурых» людях, наполняющих собой города всей земли. Однако на поверку оказывается, что первоначально идея о сверхчеловеке представляла собой нечто иное, и лишь позднее была извращена идеологами фашизма.

Идея о сверхчеловеке закономерно родилась в тот момент, когда философия стояла на распутье, не зная, куда двигаться дальше. До этого момента считали, что любой индивид может бесконечно совершенствоваться и развиваться, что он добр и справедлив по своей природе – и рано или поздно достигнет предела всех совершенств. Однако в XIX веке философы пришли к выводу, что это вовсе не так и что человек принципиально несовершенен, ничтожен, неразвит. Как раз на волне подобных упадочнических настроений и появилось учение Ницше о сверхчеловеке.

Первое, о чем он поспешил заявить, – это смерть Бога. Не стоит понимать данную фразу буквально. Речь в ней идет не о факте смерти, а о том, что на момент, когда Ницше писал свою книгу, размышления о Боге были практически уже невозможны (то есть умер философский бог, бог метафизики, равняясь на которого, человек стремился к совершенству). Что же пришло на смену несуществующему уже божеству? Конечно же, это не мог быть просто человек, так как он – всего лишь недоразвитое животное. Новым Богом могло стать только существо, действительно наделенное совершенством, то есть сверхчеловек.

На вопрос, что такое сверхчеловек у Ницше, довольно просто ответить, опираясь на книгу «Так говорил Заратустра». Именно в ней философ поместил свое учение о существе, призванном служить образцом для подражания и целью развития всех простых людей. Сверхчеловек – это существо, разум которого настолько совершенен, что позволяет управлять телом и волей. Это существо, презирающее мир простых людей и уходящее от него в горы, чтобы достичь предельного совершенства мыслей и поступков.

Образцом такого сверхчеловека Ницше считает древнего персидского пророка и основателя религии зороастризма Заратустру, который и становится главным героем книги. Философ рекомендует всем, кто решил подняться над обыденностью и превзойти свою ущербную человеческую природу, равняться на великого пророка и совершить скачок через пропасть, отделяющую просто человека от сверхчеловека.

Для того чтобы стать сверхчеловеком, необходимо изменить свое мировоззрение, посмотреть вокруг себя и увидеть, что мир людей достоин только презрения. Удалившись от этого мира, будущий сверхчеловек сосредоточивается на себе, на своих мыслях. Его дух проходит три этапа развития:

1) «верблюд» – человек, нагруженный традициями и установками культуры и традициями предыдущих поколений;

2) «лев» – человек, отрицающий себя как «верблюда», то есть отказывающийся абсолютно от всего того, от чего он зависит;

3) «ребенок» – человек, открытый для всего нового, чистый лист, сам создающий себе законы и управляющий своей волей.

Основной характеристикой сверхчеловека является наличие у него воли к власти. Воля к власти представляет собой стремление к тому, чтобы быть выше всех, быть самым лучшим, возвыситься благодаря своему уму и талантам и властвовать ущербными людьми. Воля к власти управляет миром и заставляет в борьбе доказывать свою силу и право на существование. Однако воля к власти – это не естественный отбор, о котором говорил Дарвин. Путем естественного отбора выживают только приспособленцы, то есть не всегда самые сильные и талантливые. Напротив, это могут быть самые слабые особи, наделенные хитростью. Ницше же проповедует не хитрость и изворотливость, а настоящую мощь разума и несгибаемую волю, редкостную личность, способную на подвиги.

Для того, чтобы показать, как важно воспитывать силу воли и насколько опасна жалость к слабым, таящим коварство, Ницше критикует христианство. В книге «Антихрист» он пишет о том, что эта религия проповедует жалость к слабым и немощным, настаивает на том, что только безвольные и бесхарактерные люди, во всем полагающиеся на Бога, являются праведными. Философ считает, что это в корне неверно.

На самом деле, жалость к слабым и стремление походить на них, передоверяя выбор собственной судьбы на волю Бога, грозит отсутствием воли и декадансом, то есть упадком и вырождением настоящего человека. Вместо этого Ницше советует держаться здорового эгоизма и воспитывать в себе самодостаточность, предоставляя каждому выживать самостоятельно.

Известно, что знаменитый немецкий философ Ницше страдал неизлечимым заболеванием головного мозга. Год от года приступы болезни становились настолько сильными, что продолжались по нескольку дней, делая мыслителя неспособным видеть свет, есть, разговаривать. После одного из подобных приступов Ницше, уже будучи зрелым человеком, потерял рассудок.

Фридрих Ницше «ТАК ГОВОРИЛ ЗАРАТУСТРА»

Многие слышали знаменитые слова Фридриха Ницше: «Бог умер». Но не многие знают, что именно Ницше хотел сказать этим скепсисом и крайним пессимизмом.
Ниже я приведу фрагмент из его книги «Веселая наука», в контексте которой и упоминается выше приведенная знаменитая фраза.

«Безумный человек»

«Слышали ли вы о том безумном человеке, который в светлый полдень зажег фонарь, выбежал на рынок и все время кричал: “Я ищу Бога! Я ищу Бога!” - Поскольку там собрались как раз многие из тех, кто не верил в Бога, вокруг него раздался хохот. Он что, пропал? - сказал один. Он заблудился, как ребенок, - сказал другой. Или спрятался? Боится ли он нас? Пустился ли он в плавание? Эмигрировал? - так кричали и смеялись они вперемешку. Тогда безумец вбежал в толпу и пронзил их своим взглядом. “Где Бог? - воскликнул он. - Я хочу сказать вам это! Мы его убили - вы и я! Мы все его убийцы! Но как мы сделали это? …Куда движемся мы? …Не падаем ли мы непрерывно? Назад, в сторону, вперед, во всех направлениях? Есть ли еще верх и низ? Не блуждаем ли мы словно в бесконечном Ничто? Не дышит ли на нас пустое пространство? Не стало ли холоднее? Не наступает ли все сильнее и больше ночь? Не приходится ли средь бела дня зажигать фонарь? Разве мы не слышим еще шума могильщиков, погребающих Бога? Разве не доносится до нас запах божественного тления? - и Боги истлевают! Бог умер! Бог не воскреснет! И мы его убили! Как утешимся мы, убийцы из убийц! Самое святое и могущественное Существо, какое только было в мире, истекло кровью под нашими ножами - кто смоет с нас эту кровь? Какой водой можем мы очиститься? Какие искупительные празднества, какие священные игры нужно будет придумать? Разве величие этого дела не слишком велико для нас? Не должны ли мы сами обратиться в богов, чтобы оказаться достойными его? Никогда не было совершено дела более великого, и кто родится после нас, будет, благодаря этому деянию, принадлежать к истории высшей, чем вся прежняя история!” - Здесь замолчал безумный человек и снова стал глядеть на своих слушателей; молчали и они, удивленно глядя на него. Наконец, он бросил свой фонарь на землю, так что тот разбился вдребезги и погас. “Я пришел слишком рано, - сказал он тогда, - мой час еще не пробил. Это чудовищное событие еще в пути и идет к нам - весть о нем не дошла еще до человеческих ушей. …Это деяние пока еще дальше от вас, чем самые отдаленные светила, - и все-таки вы совершили его!” - Рассказывают еще, что в тот же день безумный человек ходил по различным церквам и пел в них свой Requiem aeternam deo (Вечный покой в Боге). Его выгоняли и призывали к ответу, а он ладил все одно и то же: “Чем же еще являются эти церкви, если не могилами и надгробиями Бога?»

В конце 19 веке эти слова были словами безумца, мир вокруг развивался, люди переживали пик воодушевления от научного прогресса, от индустриализации, от постоянных новых открытий. Мир верил, что он религиозен и большей частью люди считали себя верующими, а Европа христианской. Но Ницше разглядел за внешним лоском и прогрессом смерть и трупный запах не подлинной веры и духа. Я не ставлю целью защищать Ницше и его взгляды, но его интуиция была верной.

Ницше не атеист, но он говорит от имени многих людей того времени, что Бог умер, потому что люди убили Его, Он им больше не нужен, Он им уже даже мешает. Его законы и заповеди соблюдаются, но это внешнее, а внутренне все давно уже от них устали и мечтают освободиться от их бремени, потому что для них истинная свобода, это вседозволенность. Приходит время избавится от Него, потому что люди решили что Его время закончилось, Ему пора в историю, в архив.

Он констатирует факт убийства, которое уже случилось, но внешне его еще не видно. Видно, как люди говорят о Боге, используют в своем лексиконе слово «Бог», ходят в Церковь, практикуют ритуальность и добродетель, но это не только не делает их лучше, но даже удаляет от Бога. «…Не падаем ли мы непрерывно? Назад, в сторону, вперед, во всех направлениях?» — говорит Ницше. Даже в своем подъеме вверх, переживая прогресс, рост благополучия и внешнее развитие человек стремительно может непрерывно падать, удаляясь от Бога.

Констатируя факт «смерти» Бога, и даже осознавая личную вину, Ницше не призывает к покаянию, не сокрушается о потере, его пугает будущее, потому что оно мрачно и в нем пусто. Но он, тем не менее, призывает человека занять место Бога.

Я думаю, что спасением для нас будет наша подлинная внутренняя жизнь, живая вера и близость со Христом, которая для нас будет важнее всего. Это точно будет нам очень дорого стоить. Скорее всего, нам, чтобы иметь много внутри придется иметь не много снаружи.

В 20 веке предчувствие Ницше подтвердилось в полной мере, но есть надежда, что в 21 веке поднимется не одно поколение людей и Церквей, которые будут гореть для Бога, будут живы в своей вере, будут знать Бога. И мы будем теми, в ком Бог воскреснет, оживет и явится миру, чтобы спасти его от пустоты, безумия и падения в небытие.

~ от klimenkoigor на Июль 6, 2013.

5 концептов философии Ницше

Свою репутацию заядлого нигилиста Фридрих Ницше приобрел за счет вложенной им в уста Заратустры фразы «Бог умер». В рамках курса, посвященного основным концептам философии Ницше, Concepture публикует статью о метафоре «смерти Бога» и ее интерпретации различными философами.

Культурологическая интерпретация

Полисемия ницшеанских образов - общепризнанный факт. «Смерть Бога» - не исключение. Возможностей интерпретации этой метафоры - воз и целая тележка. Наиболее распространенной является культурологическая трактовка, согласно которой «Бог» означает традиционные европейские ценности, а «смерть Бога», соответсвенно, - их девальвацию.

Чисто исторически это было обусловлено развитием позитивизма. Усиление роли естественных наук, потеснивших теологию, вошедшая в моду теория Дарвина, всевозможные революционные настроения и движения - все это способствовало «закату Европы».

Однако для Ницше гораздо более важное значение имело иное. Он полагал, что преобладающая в истории европейской культуры аполлоническая тенденция, основанная на иллюзорных трансцендентных ценностях, настолько ослабила людей, что когда эта тенденция начала ослабевать, европейцы моментально впали в нигилистические умонастроения.

То есть Ницше вовсе не сетует на «смерть Бога», он недоволен реакцией людей на нее. Пессимизм, нигилизм, унылое оцепенение, чувство бессмысленности - для Ницше это признаки слабой воли к жизни, культивируемой христианством.

Религиозная интерпретация

Религия, согласно Ницше, превратила людей в рабов. Раб - это тот, кто не может основание своей жизни находить в себе самом. Как только научные открытия пошатнули авторитет религии, тут же вскрылась рабская сущность европейцев. «Если бога нет, то все позволено».

Раб не способен на самоограничение. Безумие, возникшее в тот период, а затем накрывшее всю Европу - доказательство правоты Ницше относительно его презрительных оценок своих современников.

Если обращаться к религиозной интерпретации метафоры «смерти Бога», любопытную трактовку можной найти у Дитриха Бонхеффера. Он полагал, что это вполне позитивное понятие, означающее моральную зрелость субъекта, лишающее христианина возможности оправдывать свое невежество ссылкой на высшую инстанцию.

С момента фиксации «смерти Бога» как некоего историческо-религиозного факта каждый верующий человек обязан принимать моральную ответственность персонально на себя. Бонхеффер, ставший жертвой нацистcкого режима, радикально пересмотрел традиционные позиции религии в обществе и предложил модель «христианства без Бога», в котором сохраняются все нравственно-этические императивы, но их основание переносится из Бога в отдельного человека.

Философская интерпретация

В рамках философского прочтения ницшеанской метафоры «смерть Бога» понимается как отказ от детерминизма и логоцентризма. Понятие «Бога» выражает идею наличия финальной и исчерпывающей внешней детерминанты, и метафора «смерти Бога», соответственно, - дискредитацию идеи внешнего причинения. «Смерть Бога» в таком случае оказывается не только констатацией некой деструкции, но и утверждением поля новых возможностей осмысления реальности.

Например, самораскрытие объекта в становлении множественного, его автономный креативный потенциал. Если раньше объект расценивался исключительно как зависимый (гетерономный), подчиняющийся централизованным командам системы, то в новом индетерминистском варианте объект помещается в «антикибернетический» контекст (ризома у Делеза, трансгрессия у Фуко).

«Смерть Бога» в философии постмодернизма означает освобождение объекта от внешних принудительных инстанций: в литературе текст освобождается от автора, в политике гражданин - от государства, в искусстве художник - от традиций, в философии мыслитель - от гегемонии логоцентризма и т. д.

Если «Бог» означал трансцендентность, то его «смерть» означает выдвижение на первый план имманентности. Имманентность же означает плюральное самодвижение смысла. Множественность равнозначных интерпретаций, свобода конституирования и прочтения семантического поля.

Как отмечает Фуко, «смерть Бога освобождает существование от существования, которое его ограничивает». Поскольку культурная парадигма, основанная на констатации «смерти Бога», отрицает закономерность и необходимость, ее главными параметрами становятся вероятность и случайность. Перефразируя Эйнштейна, можно сказать, что «смерть Бога» означает только то, что «Бог играет в кости».

Прошло больше ста лет с тех пор, как Фридрих Ницше заявил, что «Бог умер» (или «Gott ist tot» на немецком), и тем самым обеспечил головную боль всем студентам философии, продолжающуюся и по сей день. Эта фраза стала самым известным высказыванием Ницше – ее знают даже те, кто не знаком с его книгой «Веселая наука», где она как раз содержится. Но насколько хорошо мы понимаем смысл этих слов? Или, важнее, что они значат для нас?

Ницше был атеистом всю свою взрослую жизнь, и поэтому буквальный смысл фразы исключается, а речь, скорее, идет об идее Бога. После эпохи Просвещения мысль о том, что наша Вселенная управляется законами физики, а не божественным провидением, стала реальностью. Философия показала, что легитимность власти оправдывается не божественным помазанием, а согласием граждан; все моральные теории теперь могли существовать также без отсылки к творцу. Это было знаменательное событие. Европа больше не нуждалась в Боге как источнике морали, человеческих ценностей или законов Вселенной; философия и наука заняли его место. Массовая секуляризация западной мысли помогла осознать Ницше, что Бог не просто умер, но что именно люди убили его своей научной революцией, своим стремлением познать мир.

Однако смерть Бога не воспринималась Ницше как однозначно положительное явление. Без Бога основная система убеждений Западной Европы находилась в опасности, в книге «Сумерки идолов» философ писал:

«Отрекаясь от христианской веры, выдергиваешь этим у себя из-под ног право на христианскую мораль. Последняя отнюдь не понятна сама по себе… Христианство есть система, сообразованное и цельное воззрение на вещи. Если из него выломаешь главное понятие, веру в Бога, то разрушаешь этим также и целое».

Однако для некоторых людей, по мнению Ницше, такой поворот событий станет хорошим знаком: «… услышав новость о том, что «старый Бог мертв», мы, философы и «свободные души», встречаем новый рассвет». Светлое будущее уже проглядывалось впереди. Когда старая система смыслов изжила себя, появилась возможность создать новую. Однако Ницше полагал, что устранение этой системы вызовет у многих людей отчаяние и безнадежность. Ведь возникает вопрос: в чем смысл жизни, если Бога нет? Даже если Бог и был, весь западный мир теперь знал, что он не помещал нас в центр вселенной. Перед нами открылся настоящий мир. Вселенная не была создана исключительно для человеческого существования. Ницше опасался, что такое понимание мира приведет к массовому пессимизму, «воле к ничто», что противоречило жизнеутверждающей философии, которую он продвигал.

Свой страх перед нигилизмом и реакцию человечества на него Ницше описал в своей книге «Воля к власти»:

«То, о чём я повествую, это история ближайших двух столетий. Я описываю то, что надвигается, что теперь уже не может прийти в ином виде: появление нигилизма… Вся наша европейская культура уже с давних пор движется в какой-то пытке напряжения, растущей из столетия в столетие, и как бы направляется к катастрофе».

Ницше не удивился бы событиям, произошедшим в Европе уже после его смерти. Коммунизм, нацизм, национализм и другие идеологии, распространявшиеся после Первой мировой войны, стремились обеспечить человека смыслом и ценностями в качестве рабочего или арийца, или вдохновляли на какие-либо другие подвиги аналогично тому, как христианство даровало смысл детям Божьим в виде жизни на Земле. Хотя Ницше, возможно, отверг бы все эти идеологии, он, несомненно, признал бы потребность человечества в том значении, которое они давали.

Предвидевши возможный исход событий, философ предложил нам выход – создание наших собственных индивидуальных ценностей. Создание смысла жизни теми, кто эту жизнь проживает. Архетипом индивидуума, способным на это, является «сверхчеловек» (Übermensch). Однако Ницше представлял его в виде непостижимого идеала, которого большинство не смогли бы достичь. Сверхчеловек, который, как ему казалось, уже должен был существовать на Земле, создавал бы смысл жизни, опираясь на свою волю, и осознавал бы, что в конечном итоге люди сами несут ответственность за свой выбор. В книге «Так говорил Заратустра» философ пишет:

«Для игры созидания нужно, мои братья, священное «да» для жизни: своей воли хочет теперь дух».

Смелый сверхчеловек не будет опираться на догму или общественное мнение относительно собственных ценностей.

Предполагая сложности в создании сверхчеловека, Ницше предложил альтернативный ответ нигилизму – тот, который вероятно выберут люди: «Последний человек». «Самая презренная вещь», которая живет спокойной жизнью, не думая о своей индивидуальности или личностном росте: «Мы обнаружили счастье», — говорят последние люди и моргают». К разочарованию Заратустры, рупора Ницше, людей, которым он проповедует, интересует образ жизни последнего человека. Ницше считал его наиболее вероятным решением относительно нашей способности справиться со смертью Бога.

Однако тут можно задать вопрос: если мы знаем, что Бог умер уже так давно, то почему мы все не стали атеистами? Ницше говорит:

«Бог мертв: но такова природа людей, что ещё тысячелетиями, возможно, будут существовать пещеры, в которых показывают его тень».

Возможно, мы только сейчас видим проявление высказывания философа.

Атеизм становится все более популярным почти во всех европейских странах, и его новообретенный рост в Соединенных Штатах свидетельствует о новом культурном сдвиге. Но, в отличие от того времени, когда атеизм навязывался коммунистическими группами, сейчас нет необходимости в мировоззрении, поддерживающем отсутствие Бога. Его просто нет. И, действительно, британский философ Бертран Рассел рассматривал большевизм практически как религию; она придавала смысл и диктовала ценности людям. Но этот источник смысла без веры прекратил свое существование.

Как известно многим атеистам, отсутствие Бога без дополнительной философской структуры, придающей смысл, может стать причиной экзистенциального кризиса. Рискуем ли мы стать обществом, борющимся с нашей собственной бессмысленностью? Находимся ли мы на грани нигилизма? Действительно ли сейчас мы более уязвимы перед идеологиями и аферистами, которые обещают сделать то, что Бог делал для нас и для общества? В то время как американцы все более пессимистично относятся к будущему, атеистов из них меньше, чем религиозных людей. Кажется, в долгосрочной перспективе Ницше ошибся в нашей способности справиться с идеей о том, что Бог мертв.

Возможно, нам удалось справиться со смертью Бога лучше, чем полагал Ницше; не все мы являемся последними людьми, и человечество не оказалось в ситуации, когда всякая мораль считается относительной и бессмысленной. Кажется, нам удалось создать мир, в котором у людей снижается потребность в Боге без последствий в виде коллективного отчаяния или хаоса.

Стремимся ли мы, будучи самостоятельными людьми, к созданию собственных ценностей? Создаем ли смысл жизни сами без помощи Бога, догмы или общественного выбора? Возможно, некоторые из нас – да, и, если мы понимаем смысл фразы Ницше «Бог умер», у нас больше шансов творить самим. Отчаяние из-за его гибели может уступить место новому смыслу в нашей жизни, ведь, как говорил Жан-Поль Сартр:

«Жизнь начинается по ту сторону отчаяния».