Глава 14. МАЛЕНЬКАЯ, НО НЕОБХОДИМАЯ ГЛАВА Завершилась Вторая мировая война, и теперь генералы (и маршалы тоже) могли спокойно перевести дух, оглядеться и решить, что следует делать дальше. Собственно, такой вопрос перед ними не стоял, они умели и любили только одно и,

КОГДА смотришь на нынешнее поведение бывших наших европейских «союзников» по Совету Экономической Взаимопомощи и Организации Варшавского Договора, невольно приходят на ум слова императора Александра III: «У России есть только два союзника: ея армия и флот»…

Правда, к этим двум союзникам, России не мешало бы прибавить ещё историческую память и общественный разум, но это так – к слову…

Вернёмся в 1945 год.

О поляках уже было сказано и ещё будет сказано, а сейчас – немного о «смелых» чехах и некоторых деталях «пражской» весны 1945 года.

По части исторической благодарности России чехи от поляков ушли недалеко. После срыва войсками Варшавского Договора прозападной авантюры – «пражской весны» 1968 года — чехи тоже стали поговаривать о «русских оккупантах» и осквернять памятники советским солдатам. Конечно, в 1968 году это делали «демократизированные» юнцы, а не седовласые пражане, в 1945 году мальчишками встречавшие с песнями танкистов Рыбалко и Лелюшенко. Но ведь юнцы 1968 года были детьми и внуками пражан 1945 года!

Сегодня поседели уже и юнцы 1968 года, и у них теперь свои внуки. И эти внуки тоже не очень-то благодарны русским за их танковый бросок к Праге в 1945 году...

Люди, плохо знающие историю или знающие её хорошо, но предпочитающие истине «баксы», рассказывают басни о бедных «чехословаках» (национальности, никогда в природе не существовавшей), у которых злодей Гитлер в результате «Мюнхенского сговора» с Западом отобрал Судетскую область (сплошь населённую в 1938 году немцами)…

Сетуют и о тяжкой судьбе чехов в составе рейха, когда чехи на заводах «Шкода» собирали танки для Восточного фронта в чёрных рубашках – якобы в знак протеста…

Вспоминают и деревню Лидице, сожжённую после того, как агенты Лондона в целях провокации ликвидировали шефа СС Гейдриха, спокойно разъезжавшего по Праге в открытом автомобиле без охраны….

Но вот некая «информация к размышлению» из докладной записки начальника 7-го отделения политотдела 7-й гвардейской армии гвардии майора Козлова, которую он направил 7-го июня 1945 года начальнику 7-го управления 1-го Украинского фронта:

«Население Чехословакии проклинает немецкую нацию и никогда не забудет все те злодеяния, которые причинили немцы...

Однако наряду с дружеским, в основном, отношением населения Чехословакии к войскам Красной Армии, имеют место отдельные неудовольствия...».

Впрочем, дальнейшие строки докладной записки позволяли предполагать, что слово «отдельные» майор Козлов употребил скорее из соображений политкорректности. И вот что писал майор Козлов далее:

«Население [западных] районов Чехословакии резко отличается своим поведением от населения предыдущих районов. Если в восточной части Чехословакии гремели жаркие бои, вследствие которых были большие разрушения сёл и городов, а население сидело в подвалах до прихода частей Красной Армии, то западная часть этого не испытала... Население, таким образом, не испытало всех ужасов войны...».

Странно – ведь Чехия, как утверждают, была предметом «нацистских злодеяний»?! И как же на эти злодеяния реагировали «свободолюбивые» чехи в покрытой горами — то есть, удобной для партизанских действий и неудобной для действий регулярной армии — Чехии?

Словаки, хотя они официально и считались союзниками рейха, но как только советские войска подошли поближе, подняли в горах Словацкое национальное восстание.

Что ж, майор Козлов написал и об этом:

«На данной территории существуют различные партии: коммунистическая, социал-демократическая, народно-социалистическая, людовая.

Ни одна из демократических партий не вела подпольной работы, направленной против немцев. Каждая партия, в том числе и коммунистическая, на протяжении всего периода оккупации Чехии ожидала прихода Красной Армии, сама же не проявляла никаких активных действий, направленных против немецких поработителей»...

ОДНИМИ из последних в той войне боёв стали бои Красной Армии в Чехии, закончившиеся освобождением Праги. Однако кое-кто утверждает, что Прагу, оказывается, освободила не «Руда Армада», а власовцы. Если бы, мол, не они, остались бы от «Златой Праги» одни головёшки.

И это – тоже один из антисоветских мифов 45-го года, хотя части «Русской освободительной армии» (РОА) Власова в мае 1945 года в Прагу действительно вступали. И даже постреляли по немецким частям, посланным на подавление Пражского восстания.

Впрочем, обо всё по порядку.

На территории Чехии вели военные действия как советские войска, так и американские… И, как и во всех других случаях, на каждую каплю крови янки приходилось ведро русской крови — и не потому, что американцы так уж умело воевали, а потому, что немцы им почти не сопротивлялись.

30 апреля 1945 года английский премьер Черчилль писал новому американскому президенту Трумэну:

«Можно почти не сомневаться в том, что освобождение вашими войсками Праги и как можно большей территории Западной Чехословакии может полностью изменить послевоенное положение в Чехословакии и вполне может к тому же повлиять на соседние страны».

Не совсем, правда, понятно – что Черчилль понимал под Западной Чехословакией? Тогда имелись отдельно имперский протекторат Богемия и Моравия (или, если угодно – Чехия), и отдельно – Словацкая республика.

Государства с названием «Чехословакия» тогда не было, причём нет его на карте мира и в наши дни – без всякого Гитлера и «Мюнхенского сговора»… Чехия – отдельно, Словакия – отдельно.

Но если Черчилль имел в виду Чехию, то «соседними странами» для неё являлись – как являются и сейчас – Австрия, Словакия и Польша.

Германия тогда была, конечно, не в счёт.

Ситуация во всех трёх «соседних странах» складывалась для США и Англии не лучшим образом, и союзническое присутствие в Чехии, да ещё и в Праге, было бы для Черчилля (и не для него одного!) лакомым вариантом.

Мешал же этому, как и всегда, «тиран» Сталин.

4 мая 1945 года генерал Эйзенхауэр обратился к начальнику Генерального штаба Красной Армии генералу А.И. Антонову с предложением развить наступление армии США до западных берегов Влтавы и Эльбы. Это означало занятие Праги американцами, но противоречило решениям Крымской (Ялтинской) конференции и не соответствовало установленной там разграничительной линии для советских и американских войск.

Антонов категорически отверг предложение, сообщив, что уже создана группировка советских войск для решения указанных задач, и это было действительно так. Против немецких групп армий «Центр» и «Австрия» вели боевые действия войска 1-го, 4-го, 2-го и 3-го Украинских фронтов. И уже в ходе Берлинской операции Ставка Верховного Главнокомандования приняла решение о проведении Пражской операции.

Общая численность группировки немцев в Чехии составляла более 900 тысяч человек, имевших на вооружении до 10 тысяч орудий и миномётов, свыше 2200 танков и штурмовых орудий и около 1 тысячи самолётов.

Три советских фронта должны были наступать по сходящимся направлениям на Прагу из района Дрездена и из района южнее Брно. В составе привлекаемых к операции войск насчитывалось более 1 миллиона человек, более 23 тысяч орудий и миномётов, около 1800 танков и САУ и более 4 тысяч самолётов.

2 мая Ставка ВГК направила директивы командующим фронтами на организацию наступления. Так, в директиве маршалу Малиновскому – командующему войсками 2-го Украинского фронта – было, в частности, сказано:

«В связи с отходом противника перед 4-м Украинским фронтом Ставка Верховного Главнокомандования приказывает:

1. Главные силы войск фронта развернуть на запад и нанести удар в общем направлении на Йглава, Прага с задачей не позднее 12-14 мая овладеть рубежом: Йглава, Улатинч, Горн, в дальнейшем выйти на р. Влтава и овладеть Прага.

2. Частью сил правого крыла фронта продолжать наступление в направлении Оломоуц...

Ставка Верховного Главнокомандования

И.Сталин

А.Антонов»

То есть, вопрос занятия Праги и полного освобождения Чехии был в начале мая 1945 года вопросом считанных дней. И не могло быть никаких сомнений в полном успехе.

Странно, конечно… Чехи тихой мышкой просидели в имперском протекторате Богемия и Моравия с весны 1939 года по весну 1945 года под президентством того же самого Гахи, который был в 1939 году президентом Чехословакии… И вдруг воспылали такой жгучей ненавистью к оккупантам, что не смогли вытерпеть максимум полторы недели до освобождения их советскими войсками!

И коль уж так захотелось восстать, то можно было, по крайней мере, подождать до того момента, как части Красной Армии подойдут к Праге поближе, а это произошло бы в любом случае буквально через несколько дней. К тому же, сильного немецкого гарнизона в самом городе в тот момент не было, разрушать Прагу немцы не собирались, массовых репрессий не проводили.

Не лишним было бы заранее известить о планах повстанцев и советское командование, но этого почему-то сделано не было.

Так или иначе, утром 5 мая восстание началось, а к вечеру были захвачены здание радио, почта, центральная телефонная станция, важнейшие мосты через Влтаву, почти все вокзалы, заводы «Шкода», «Авиа», «Вальтер». В ночь на 6 мая было сооружено до 1600 баррикад, а численность восставших возросла до 30 тысяч человек.

Радио Праги призвало: «Руда Армада – на помоц!», но если быть точным, то Прага призывала тогда на помощь и американцев. Причём трудно сказать – кого в Праге желали видеть больше?

И тут возникает естественный вопрос, который, почему-то, не задан в России по сей день, – не потому ли Прагу так спешно подняли на восстание, что кое-кому желалось в мае 1945 года повторить в Праге, но уже – без краха – «варшавский» вариант восстания августа 1944 года?

Командующий группой армий «Центр» Шернер приказал подавить восстание в Праге всеми средствами. С трёх сторон к Праге двинулись войска: с севера – танковая дивизия «Райх», с востока – танковая дивизия «Викинг», с юга – усиленный полк дивизии «Райх».

Но к Праге уже шли и советские танковые армии...

6 мая после проведения разведки боем командующий 1-м Украинским фронтом маршал Конев начал наступление главными силами.

7 мая начал наступать 2-ой Украинский фронт маршала Малиновского, а также – 4-й Украинский фронт генерала армии Ерёменко.

На рассвете 9 мая танкисты 4-й и 3-й танковых армий генералов Лелюшенко и Рыбалко завязали бои на улицах Праги.

Около 10 часов 9 мая в Прагу вступила подвижная группа 4-го Украинского фронта: 302-я дивизия на автомашинах и 1-я чехословацкая танковая бригада.

В 13 часов 9 мая в Прагу вошли 6-я гвардейская танковая армия и посаженная на машины пехота 24-го гвардейского корпуса 2-го Украинского фронта, а позднее – 7-й механизированный корпус из состава конно-механизированной группы генерала Иссы Плиева.

Воздушную поддержку осуществляли 5-я воздушная армия и часть сил 17-й воздушной армии 3-го Украинского фронта.

По горячим следам командующий бронетанковыми и механизированными войсками 1-го Украинского фронта докладывал о действиях его войск в Пражской операции. Вот фрагмент этого обширного и динамичного доклада:

«4 гв. ТА (гвардейская танковая армия, – С.К .) – 10 гв. тк (танковый корпус, – С.К. ), развивая наступление в направлении Премсдорф, Ольдержиш, преодолев горные перевалы в р-не Николуб, вышел в р-н Духцов, Ледвице и в 3.00 9.5.45 передовыми частями достиг сев. -зап. окр[аины] Праги.

В 14.00 9.5.45 в Прагу вошли главные силы ПО (передовые отряды, – С.К. ) корпуса и повели бои по очищению города от отдельных групп противника.

6 и 5 гв. мк (механизированный корпус, – С.К. ), сломив сопротивление противника, с боями преодолели перевал. В ночь на 9.5.45 гв. мк 16 и 15 гв. мбр (мотострелковая бригада, – С.К. ) с 22 сабр (самоходная артиллерийская бригада, – С.К. ) в р-не высот 757,0, 689,0, 414,0, юго-вост. Янов в р-не высот 265,0, 259,0 продолжали развивать наступление в направлении Янов, Мост, Лауны, Прага и в 12.30 9.5.45 вошли в Прагу, заняв южную и юго-зап. окраины. 5 гв. мк последовательно овладел Сайда, Постолопрты, Мост, в 9.00 9.5.45 вступил в Прагу и совместно с частями 10 гв. тк вёл бои с противником...».

9 мая 1945 года командующий 3-й гвардейской танковой армией Рыбалко доносил командующему 1-м Украинским фронтом маршалу Коневу:

«[В] 6.00 9.5.45 г. [во] второй половине дня (так в тексте, – С.К. ) в столицу Чехословакии г. Прага первыми в город вошли 69 мсб, командир бригады гв. полковник Ваганов, 50 мцп (мотоциклетный полк, – С.К. ), командир полка гв. подполковник Калинин, 16 сабр, командир бригады гв. полковник Попов.

9.5.45 г. к 17.03 город полностью был занят, связался с военной и гражданской властью.

Власть в городе принадлежит Национальной Раде, профессору Альберту Пражаку.

Военный штат восстания – командующий восстанием капитан Георгий Нежанский. В городе восстановлен порядок.

Опергруппа штарма (штаба армии, – С.К.) – сев. окр[аина] г. Прага.

П. Рыбалко, Мельников, Бахметьев».

В тот же день командующий 4-й гвардейской танковой армией Лелюшенко также доложил маршалу Коневу:

«В 4.00 9.5.45 г. 10 гв. тк зашёл в г. Прага и вышел на северо-восточную окраину её, восточную и юго-западную окраину.

6 гв. мк – на южную и юго-западную окраину г. Прага.

5 гв. мк – на западную окраину.

Захвачено много пленных и трофеев.

Оказавшие сопротивление уничтожены.

Связь с повстанцами – через бригадного генерала Ведравба. Американских войск нет. Соседей нет. Веду разведку в северо-восточной части, южном направлении. Навожу порядок. Я с оперативной группой – на западной окраине Праги.

Д. Лелюшенко».

После ликвидации очагов сопротивления в районе Праги войска 1-го и 2-го Украинских фронтов продолжили наступление в целях соединения с американцами и 11 мая 1945 года встретились с ними на рубеже Хемниц, Карлови-Вари, Пльзень.

КУДА конь с копытом, туда и рак с клешнёй... В те же дни к Праге спешила и 1-я дивизия РОА под командованием «генерала» Буняченко, бывшего полковника Красной Армии. Численность её достигала 20 тысяч человек. При этом Первую дивизию РОА вернее было бы называть первой и последней дивизией «Русской» «Освободительной» «Армии». Во всяком случае – первой и последней относительно боеспособной.

РОА Власова – тоже во многом миф, поскольку лишь 16 сентября 1944 года Власов встретился с Гиммлером и получил согласие последнего на формирование двух дивизий.

Всего-то!

В середине сентября 1944 года!

Считается, что Власов числом «два» остался недоволен, ибо рассчитывал якобы на десять дивизий. Однако дело было не только в том, что компактное воинское соединение на уровне армии, состоящее пусть и из предателей, но – русских, в ситуации конца 1944-го – начала 1945 годов немцам было ни к чему. Дело было в том, что Власов и в лучшие-то времена не смог бы набрать приличного личного состава на десять дивизий, а уж на рубеже 1944 и 1945 годов...

Но одну полнокровную (по численности) дивизию бывший командир 389-й стрелковой дивизии РККА Буняченко, перешедший к немцам 17 декабря 1942 года, сформировать успел.

(В 1942 году Буняченко был приговорён к расстрелу трибуналом Северной группы войск Закавказского фронта за создание угрозы окружения для 9-й армии и всей группировки – с заменой 10-ю годами заключения и возможностью отбывать наказание в Действующей армии. Однако искуплению вины он предпочёл прямое предательство).

1-я дивизия РОА (600-я «Панцер Гренадир Дивизион») начала формироваться в Мюзинге в ноябре 1944 года. Власов со 2-й дивизией (650-й по немецкой нумерации) находился в 60 километрах к юго-западу – в Хойберге. После непродолжительного, малоуспешного и сумбурного участия в боевых действиях против наших войск, 1-я дивизия РОА достигла Дрездена и поступила под командование фельдмаршала Шернера – командующего группой войск «Центр».

С Шернером Буняченко не поладил, и 27 апреля 1945 года 1-я дивизия двинулась по направлению к Чехии.

Но зачем?

На усиление группировки Шернера?

Какой там Шернер!

На помощь Праге?

Ни о каких альтруистических побуждениях не могло быть и речи – с любой точки зрения. К тому же, в конце апреля 1945 года в Праге было всё спокойно, и не то что антинемецкого восстания, но и волнений не предвиделось – они начались с утра 1 мая 1945 года.

Что могла сделать «дивизия» Буняченко – двадцать тысяч человек, начинающих разлагаться как воинская общность и быстро превращающихся в десять тысяч? Причём – на фоне могучих танковых «катков» Рыбалко и Лелюшенко, изготовившихся к броску!

Даже если бы к Праге двигалась не деморализованная «дивизия», а когорта героев, против танков Шернера и гренадёров Ваффен-СС она бы не выстояла и пражанам не помогла бы. Но «орлы» Буняченко высоко не летали. Им бы до войск генерала Эйзенхауэра добраться – и то удача.

Собственно, потому Буняченко и шёл в зону боевых действий, что через неё пролегал путь к местам дислокации частей 3-й американской армии. Не освобождать Прагу шли власовцы – они шли в американский плен, страшась советского плена!

К янки рвался и мечущийся Власов, соединившийся с Буняченко. Но даже американцам, начинающим подбирать остающиеся без дела немецкие антисоветские кадры, Власов был не нужен – очень уж одиозен он был даже для янки. К тому же, насчёт выдачи подобного рода публики имелись и межгосударственные договорённости между СССР и союзниками.

Другое дело – чехи…

Чехи, узрев на своей территории воинское формирование в немецкой форме но с русской речью, вначале обрадовались. Чешские партизанские отряды вступили с власовцами в контакт. 2 мая 1945 года 1-я дивизия РОА остановилась в 50 километрах от Праги, и в её расположение прибыла из столицы делегация офицеров чешской армии…

Делегация – момент интересный – попросила Буняченко поддержать восстание. 5 мая 1945 года восстание началось, и повстанцы обратились по радио с призывом о помощи ко всем сразу, включая американцев.

Вечером 5 мая Буняченко был в пригородах Праги, а 6 мая власовцы приняли участие в боевом столкновении с частями СС, высланными для подавления восстания.

ЗАЧЕМ власовцы решили поддержать чехов? Понять это несложно – дивизия РОА вошла в Прагу в расчёте на то, что туда же подойдут янки… Ведь к 5 мая 1945 года части американской армии были к Праге намного ближе, чем советские части… Главное было – сдаться союзникам или устроиться как-то иначе с ними же, а не с советским командованием. Именно это предопределило решение Власова, находившегося в расположении дивизии, и Буняченко присоединиться к восставшим.

На приход американцев явно рассчитывали и те силы в Чехии, которые заваривали «кашу» с преждевременным восстанием, не согласовав его сроки с советским командованием.

Однако уже к вечеру 6 мая 1945 года ситуация для Власова и для не-коммунистических инициаторов Пражского восстания изменилась принципиально. Судя по всему, Пражское восстание инициировали не коммунисты, но чешские коммунисты сумели быстро перехватить инициативу у проамериканских чешских лидеров и возглавить восстание – коль уж оно началось.

В переговорах представителей власовского КОНР (Комитета освобождения народов России) с представителями руководства восстанием последними было заявлено, что чехи Власова о помощи не просили, что повстанцы, ранее обращавшиеся к Власову за помощью, не были представителями ни чешского народа, ни правительства… Две трети новообразованного Чешского правительства составили коммунисты, и они посоветовали Буняченко сдаться наступающей «Руде Армаде», то есть – Красной Армии.

Сам тот факт, что коммунистическое руководство отказалось от услуг «власовцев», говорит и об их «боеспособности», и о том, что повлиять на ситуацию серьёзным образом они сил не имели. А ЦК чешской Компартии, безусловно, связался по радио с командованием советских армий и знал, что танки Лелюшенко и Рыбалко на подходе…

По дороге выяснилось, что часть власовского командования: «генерал-майор» Трухин, «генерал-майор» Боярский, «генерал-майор» Шаповалов и «генерал» Благовещенский, захвачены чешскими красными партизанами. Боярский был расстрелян, Шаповалов повешен. Трухин и Благовещенский – переданы Красной Армии.

Начиналась агония РОА, КОНР и их «верхушки».

12 мая 1945 года Власов был пленён в зоне расположения 25-го танкового корпуса генерал-майора Фоминых. Можно привести полное донесение генерала Фоминых Военному совету 1-го Украинского фронта о том, как это произошло, но – стоит ли?

Интереснее вернуться к союзникам и к Пражскому восстанию.

ПОСЛЕ демарша советского Генерального штаба, настаивавшего на соблюдении договорённостей, достигнутых на Крымской (Ялтинской) конференции в феврале 1945 года, 3-я американская армия была вынуждена остановиться на линии Карлови-Вари, Пльзень, Ческе-Будеёвице.

Простой взгляд на карту Чехии и Центральной Европы показывает, что к моменту начала Пражского восстания наиболее близко к Праге стояли американцы. Мы в тот момент находились дальше – в районе Дрездена и Брно.

Американцам, конечно, и без намёков Черчилля были понятны все стратегические выгоды занятия Праги, однако грубо нарушать ранее достигнутые договорённости с Москвой Вашингтону было не с руки. Русские нужны были как союзники в войне против Японии, а как там получится с атомной бомбой, было ещё неясно – её впервые испытали лишь 16 июля 1945 года на полигоне Аламогордо в пустынном штате Нью-Мексико.

Поэтому американцы ограничились зондажом – в район Праги была выслана бронеколонна разведки, и командовавший ей американский капитан даже встречался с командиром Первого полка Первой дивизии РОА «полковником» Архиповым. Капитан объяснил, что он не является передовым отрядом наступающих войск, а всего лишь должен оценить обстановку — и вовсе не собирается вступать в Прагу.

Однако можно предполагать, что 6 мая 1945 года вопрос о возможном занятии Праги американскими войсками был для янки ещё открыт – если бы Пражское восстание захлёбывалось в крови. Но поскольку дела у повстанцев шли неплохо, капитан со своими разведчиками убрался восвояси.

В итоге Прагу заняли соединения только Красной Армии.

Но не всё тут до конца ясно.

Советские источники отдают инициативу подготовки восстания, всё же, Коммунистической партии Чехословакии. Мол, ещё 29 апреля ЦК КПЧ обсудил вопрос о восстании и распределил между членами ЦК обязанности по руководству им, после чего был разработан детальный план восстания.

Всё это, скорее всего, так и было. Но коммунистический план Пражского восстания не исключает наличия некоммунистического (и даже – антикоммунистического, как в Варшаве в 1944 году) плана Пражского восстания…

А поскольку работать «на упреждение» надо было антикоммунистам, они и поспешили восстать. Ну, в самом-то деле – если то Пражское восстание, которое началось 5 мая 1945 года, было подготовлено коммунистами, то почему оно оказалось полной неожиданностью для Москвы? Ведь танкистам армий Рыбалко и Лелюшенко пришлось срочно прорываться к Праге без положенного уставами прикрытия – на максимально возможном ходу! И вся эта спешка была результатом странной, не скоординированной с нами, инициативы пражан.

Вне сомнения, коммунисты действительно готовили восстание, рассчитывая подгадать его к моменту выхода советских войск на подступы к Праге, то есть – где-то к 10-11 мая 1945 года. Но, похоже, проамериканские силы в Чехии форсировали сроки, и форсировали их по договорённости с Вашингтоном…

Будет вполне логичным предположить при этом, что янки санкционировали восстание в расчёте на то, что русские в острой ситуации дрогнут и согласятся на продвижение 3-й американской армии до Влтавы и Праги. Даже если бы потом пришлось возвращаться на прежнюю линию демаркации, политический барыш на походе в Прагу янки получили бы.

Во-первых, возврат Праги стал бы уступкой России – пусть и заранее оговорённой, но – уступкой.

А за уступки надо платить уступками.

Во-вторых, войдя в Прагу первыми, американцы могли бы оказать влияние на развитие ситуации в Чехии в более выгодную для них сторону, поскольку к тому времени она развивалась в сторону прямо противоположную.

Наконец, американским входом в Прагу срывался бы тот огромный политический, пропагандистский и агитационный эффект, который Советский Союз получил, освободив Прагу единолично. Ведь советские войска продвигались по освобождённому городу в море людей и цветов! Ни в одной славянской столице нас не встретили так, как в Праге.

Надо было это Америке?

ПОЭТОМУ не приходится сомневаться – какие-то тайные действия американцы в начале мая 1945 года в Чехословакии предпринимали. Напомню: 4 мая Эйзенхауэр – безусловно с санкции Вашингтона – провёл зондаж советской позиции, предложив начальнику нашего Генерального штаба Антонову согласиться с продвижением американских войск до западных берегов Влтавы и Праги.

Москва Вашингтону жёстко отказала, и уже на следующий день Прага восстаёт, а 6 мая «Нью-Йорк Таймс» сообщает о восстании в Праге.

Американцы вновь запрашивают нас, мы вновь отказываем. И ситуация развивается так, как развивается, постепенно естественным образом «левея» и «краснея». Однако неясностей всё ещё хватает.

Вот, например, что докладывали наши танковые командармы...

Генерал Рыбалко: «Власть в городе принадлежит Национальной Раде, профессору Альберту Пражаку. Военный штат восстания – командующий восстанием капитан Георгий Нежанский...».

Генерал Лелюшенко: «Связь с повстанцами – через бригадного генерала Ведравба».

Странная неувязка – то восстанием руководит капитан, то – генерал. Да и профессор Альберт Пражак не похож на соратника коммуниста Клемента Готвальда. А где же члены подпольного ЦК КПЧ, руководители якобы коммунистического – если верить советским источникам – восстания? Уж они-то должны были выходить на связь с советскими генералами-коммунистами в первую очередь…

С исторического отдаления и в свете всего, что мы сегодня знаем о той войне, можно предполагать, что янки спровоцировали преждевременное восстание в Праге так же, как англичане спровоцировали преждевременное восстание в Варшаве летом 1944 года. И побуждения в обоих случаях были сходными – боязнь окончательного перехвата власти в Польше, Чехии и Словакии левыми силами и даже – не дай бог! – коммунистами.

Но 1945 год – не 1944 год! Если за восемь месяцев до этого Варшавское восстание утонуло в море крови, то Пражское утопало в море цветов и улыбок. Характерно, что 9 мая 1945 года маршал Конев и член Военного Совета Крайнюков вынуждены были отдать следующее боевое распоряжение командующему 4-й гвардейской танковой армией Лелюшенко:

«Приказываю немедленно занять Бенешов (20 км юго-восточнее Праги). Не допустить отхода немцев на соединение с союзниками. Прекратите празднование в Праге.

Об исполнении донести.

КОНЕВ

КРАЙНЮКОВ».

По своему своеобразию и смыслу это, в некотором роде, наиболее замечательный документ 1945 года. И в нём самым счастливым образом смешались последние военные заботы воинов Конева, и их уже мирное веселье.

В Варшаве летом 1944 года так быть не могло, но вины русских в том не было – поляки пали жертвой собственной же провокации. Теперь времена изменились кардинально, и это определило абсолютно разные судьбы двух восстаний в двух славянских столицах.

Сергей Кремлёв (Брезкун), специально для «Посольского приказа»

В дни, когда в Праге лилась кровь, Советские Вооруженные Силы, спеша на помощь восставшему народу, предприняли последнюю наступательную операцию с целью разгрома немецко-фашистской группировки и полного освобождения Чехословакии - Пражскую операцию. К 6 мая советские войска, входившие в состав 1, 4 и 2-го Украинских фронтов, глубоко обошли с севера, востока и юго-востока вражескую группировку, действовавшую в Чехословакии. В это время соединения правого крыла 1-го Украинского фронта, участвовавшие в разгроме берлинской группировки противника, находились в Германии на реке Мульде до Вурцен (карта 13). Войска центра и левого крыла фронта занимали рубеж Вурцен - Пенцих - Штрелен - Нейсе - Крнов. 4-й Украинский фронт во взаимодействии с правофланговыми частями 2-го Украинского фронта с середины апреля вел тяжелые непрерывные бои на территории Чехословакии против 1-й танковой армии гитлеровцев. К 6 мая войска вышли на рубеж Крнов - Штернберк - Нови-Йичин - Кромер-жиж. Войска 2-го Украинского фронта вышли на линию городов Кромержиж - западнее Брно - Дрнголец - восточнее Штоккерау и далее к югу до Дуная.

В составе трех фронтов имелось 17 общевойсковых, 3 танковые и 3 воздушные армии, 1 конно-механизированная группа, 1 отдельный армейский, 5 отдельных танковых, 2 механизированных и 3 кавалерийских корпуса. В это число входили 2-я армия Войска Польского и 1-й Чехословацкий армейский корпус. Вся группировка войск насчитывала свыше 1 млн. человек, более 23 тыс. орудий и минометов, около 1800 танков и самоходно-артиллерийских установок и более 4 тыс. самолетов без учета 6-й армии 1-го Украинского фронта, блокировавшей Бреславльский гарнизон противника, и румынских войск.

Советским войскам противостояла группировка противника в составе группы армий «Центр», которой командовал генерал-фельдмаршал Ф. Шёрнер, иглавныхсил группы армий «Австрия» под командованием генерал-полковника Л. Рендулича. Эта группировка имела 62 дивизии, из них 16 танковых и моторизованных диви­зий, а также большое количество отдельных полков, батальонов, специальных частей и подразделений общей численностью свыше 900 тыс. человек, до 10 тыс. орудий и минометов, свыше 2200 танков и штурмовых орудий и около 1 тыс. самолетов. Вражеские танковые войска и авиация имели ограниченный запас горючего. Поэтому многие танки и штурмовые орудия использовались в качестве неподвижных огневых точек в обороне.

Следовательно, советские войска обладали незначительным превосходством в силах над противником, а по количеству танков даже уступали ему. Горно-лесистая местность благоприятствовала обороне немецко-фашистских войск, позволяла им скрытно располагать резервы. Но после того как пал Берлин, группировка Шёрнера - Рендулича была обречена. Это понимало и так называемое «правительство Дёница», хотя оно еще рассчитывало на возможность сговора с союзниками и преднамеренно срывало капитуляцию немецких войск в Чехословакии перед Красной Армией. Эти расчеты имели известные основания.

В конце апреля У. Черчилль в послании новому президенту США Г. Трумэну писал: «Можно почти не сомневаться в том, что освобождение вашими войсками Праги и как можно большей территории западной Чехословакии может полностью изменить послевоенное положение в Чехословакии и вполне может к тому же повлиять на соседние страны».

Вот почему, несмотря на согласование демаркационных линий, генерал Эйзен­хауэр намеревался наступать на Прагу. 4 мая он писал начальнику Генерального штаба Красной Армии А. И. Антонову: «Мы собираемся начать наступление в Чехословакии к общей линии Ческе-Будеёвице - Пльзен - Карлсбад и захватить эти города. Позже мы будем готовы продвинуться в Чехословакии, если этого потребует обстановка, до линии рек Влтава и Эльба, чтобы очистить западные берега этих рек…». Советское Верховное Командование не могло с этим согласиться. 5 мая генерал армщ Антонов через британскую и американскую военные миссии в Москве передал Эйзен­хауэру ответ. В нем говорилось, что оба берега Влтавы будут очищены от противника советскими войсками, для чего уже создана соответствующая группировка, которая приступила к проведению операций. В связи с этим заявлением американские войска были остановлены на линии Ческе-Будеёвице - Пльзень - Карлови-Вари.

Правительство Дёница на совещании 2 мая констатировало: «Военное положение безнадежно. В настоящей обстановке главной целью правительства должно быть спасение возможно большего числа немцев от большевиков». На совещании 4 мая члены правительства вновь приняли решение об установлении связи с Эйзенхауэром. На этом совещании генерал Нацмер заявил, что группа армий «Центр», действовав­шая в Чехословакии, «в состоянии сопротивляться еще не более двух недель» . Командующий группой Шёрнер, не желая капитулировать, требовал, чтобы войска оказывали Красной Армии упорное сопротивление. Он намеревался также деблокировать свои силы, окруженные в крепости Бреславль, для чего в центре города сосредоточились резервные эсэсовские части, которые готовились к совершению прорыва. Операция по деблокаде намечалась на 7 мая. Солдатам и офицерам бреславльского гарнизона был выдан трехсуточный запас продовольствия и боеприпасов.

Советское Верховное Главнокомандование, стремясь в кратчайший срок разгромить последнюю немецко-фашистскую группировку и завершить освобождение Чехословакии, решило нанести несколько ударов по сходящимся направлениям с целью окружения и расчленения войск противника, действовавших восточнее Праги. Главные удары должны были нанести войска 1-го и 2-го Украинских фронтов по обоим флангам группы армий «Центр» в направлении Праги.

В соответствии с замыслом операции Ставка Верховного Главнокомандования дала необходимые указания фронтам. 1 мая 1-му Украинскому фронту было приказано не позднее 3 мая закончить ликвидацию окруженной группировки в районе Лукенвальде (южнее Берлина), очистить от противника территорию Берлина в своей полосе наступления и не позднее 4 мая передать 1-му Белорусскому фронту занимаемый район севернее Люббен - Виттенберг. После смены войска должны были стремительно наступать в общем направлении на Прагу. 2-й Украинский фронт дол­жен был развернуть основные силы в районе южнее Брно и нанести главный удар в общем направлении на Прагу. Задача состояла в том, чтобы не позднее 12-14 мая овладеть рубежом Йиглава - Хорн, в дальнейшем выйти на реку Влтава и освободить Прагу. Часть сил правого крыла фронта должна была продолжать наступление на Оломоуц. 5 мая Ставка передала 9-ю гвардейскую армию из 3-го Украинского фронта во 2-й, приказав сосредоточить ее на левом берегу Дуная севернее Вены и ввести в сражение между 7-й гвардейской и 46-й армиями для наступления в направлении Нова-Бистршице - Пльзень. Левофланговая 46-я армия получила задачу выйти на реку Камп и наступать на Ческе-Будеёвице.

4-й Украинский фронт должен был продолжать выполнение ранее поставленной задачи по ликвидации оломоуцкого выступа противника во взаимодействии с войсками правого крыла 2-го Украинского фронта, нанося главный удар силами 60-й и 38-й армий на Оломоуц. Этими ударами отсекались глубоко выдвинутые на восток основные силы 1-й немецкой танковой армии и создавались благоприятные условия для последующего наступления на Прагу с востока всех войск 4-го Украинского фронта и 1-го Чехословацкого армейского корпуса.

Таким образом, войска ударной группировки 1-го Украинского фронта должны были кратчайшим путем выйти к Праге, на тылы и коммуникации группы армий «Центр», отрезая ей пути отхода на запад. 2-й Украинский фронт должен был принять участие в окружении противника с юга и не допустить отхода врага на юго-запад.

Командующий 1-м Украинским фронтом Маршал Советского Союза И. С. Конев 4 мая решил создать главную ударную группировку на правом крыле фронта. В ее состав входили 3-я и 5-я гвардейские армии, 13-я армия, 3-я и 4-я гвардейские танковые армии, 25-й и 4-й гвардейский танковые, 1-й гвардейский кавалерийский корпуса. Эта группировка при поддержке основных сил авиации 2-й воздушной армии должна была нанести удар из района Ризы в общем направлении на Прагу, разгромить дрезденско-гёрлицкую группировку противника и на шестой день операции танковыми армиями освободить Прагу. Выход к Праге остальных сил ударной группировки фронта намечался к исходу седьмого дня наступления. Второй удар фронт наносил из района северо-западнее Гёрлица в направлении Циттау - Млада-Болеслав силами 28-й и 52-й армий и 7-го гвардейского механизированного корпуса. Войска этой группировки должны были перейти в наступление на третий день операции. Третий удар наносила 2-я армия Войска Польского с рубежа Каменц - Нешвиц в направлении на Пирна, в обход Дрездена с юго-востока. Командующий фронтом подчеркивал важность особо стремительных действий танковых войск в первые два дня операции, с тем чтобы захватить выгодные для врага позиции на горных перевалах прежде, чем он сумеет организовать там оборону. Войска должны были не прекращать наступления ночью и учесть особенности предстоящих действий на пересеченной горной местности, обеспечив передовые отряды переправочными средствами. 1-й гвардейский кавалерийский корпус находился в резерве командующего фронтом в готовности прикрыть наступавшие войска с запада.

Авиационное обеспечение наступления возлагалось на 2-ю воздушную армию. На направлении главного удара намечалось использовать 1900 боевых самолетов и на остальных направлениях - 400 самолетов. Авиация должна была прикрывать с воздуха сосредоточение и действия ударной группировки фронта, переправы через Эльбу в районах Торгау, Мюльберг и Риза, массированными и бомбардировочными ударами в полосе 13-й, 3-й гвардейской и 5-й гвардейской армий уничтожать живую силу и артиллерию противника, воспрепятствовать маневру врага по железным дорогам, ведущим в Прагу с востока, и сопровождать наступление танковых армий на всю глубину операции.

Командующий 2-м Украинским фронтом Маршал Советского Союза Р. Я. Малиновский решил главный удар нанести на Прагу из района южнее Брно 7-й гвардейской армией с последующим вводом в ее полосе наступления 6-й гвардейской танко­вой армии в направлении Нова-Бистршице - Пльзень. Наступление планировалось начать 7 мая. Через два дня должна была перейти в наступление 9-я гвардейская армия на Рец - Ппсек. Второй удар было решено нанести 9 мая из района западнее Брно силами 53-й армии и вводимой в ее полосе 1-й гвардейской конно-механизированной группы, состоящей из двух кавалерийских и одного механизированного корпусов. На оломоуцком направлении должна была развивать наступление 40-я армия во взаимодействии с 4-й румынской армией. Всего в составе ударной группировки фронта, предназначенной для наступления на Прагу, имелись четыре общевойсковые, одна танковая армии, одна конно-механизированная группа, которые поддерживались 5-й воздушной армией, насчитывавшей 1100 самолетов.

Командующий 4-м Украинским фронтом генерал армии А. И. Еременко решил продолжать наступление, сосредоточив основные усилия в полосе действий 60-й и 38-й армий для нанесения удара на Оломоуц с севера и северо-востока. Для быстрейшего выдвижения к Праге командующим 60-й армией была создана подвижная группа в составе стрелковой дивизии, посаженной на автомашины, и танковой бригады, а также подготовлен воздушный десант в составе стрелкового батальона. Это диктовалось отсутствием во фронте крупных подвижных соединений. Авиационное обеспечение наступления возлагалось на 8-ю воздушную армию, имев­шую свыше 600 самолетов. 1-й Чехословацкий армейский корпус должен был продолжать наступление вместе с 18-й армией.

Согласно плану операции подготовка войск и перегруппировка их с целью сосредоточения основных сил на намеченных участках прорыва была проведена в чрезвычайно короткие сроки. 3-й и 4-й гвардейским танковым армиям и стрелковым соединениям 1-го Украинского фронта в течение трех суток пришлось совершить 100- 200-километровый марш из-под Берлина в исходный район северо-западнее Дрездена. За это время командованию фронта удалось сосредоточить на направлении главного удара крупные силы. Значительные перегруппировки войск были проведены также во 2-м Украинском фронте.

Войска привели в порядок вооружение, боевые и транспортные машины, пополнили запасы горючего и боеприпасов, создали необходимые запасы продовольствия. Раненые и больные из армейских госпиталей были переданы во фронтовые лечебные заведения.

В этот период командиры и политработники мобилизовали воинов на быстрое и образцовое выполнение поставленных задач. Потребовалось провести большую работу, чтобы преодолеть самоуспокоенность, появившуюся среди личного состава некоторых частей 1-го Украинского фронта после взятия Берлина и встречи с американскими войсками на Эльбе. Политработники разъясняли солдатам и офицерам значение освободительной миссии Красной Армии по отношению к народам Чехословакии, все еще находившимся под гнетом гитлеровской оккупации, а также содержание соглашения от 8 мая 1944 г. об отношениях между чехословацкой администрацией и советскими войсками после вступления их на территорию Чехословакии.

Военный совет 1-го Украинского фронта издал директиву, в которой разъяснялось, что Красная Армия вступила на территорию дружественной Чехословакии, чтобы ликвидировать последние очаги сопротивления гитлеровцев и помочь полностью освободить эту страну от фашистского ига. Военный совет требовал от советских бойцов и офицеров не допускать какого бы то ни было вмешательства во внутренние дела Чехословацкой республики, а также нетактичного отношения к установившимся в стране национальным, бытовым или религиозным традициям, обрядам. Одно­временно директива обращала внимание всего личного состава на необходимость повышения бдительности и ведения беспощадной борьбы с немецкой агентурой в Чехословакии и с предателями народа, помогавшими фашистам.

Активно проводилась политическая работа среди солдат и офицеров 2-го и 4-го Украинских фронтов, которые в отличие от 1-го Украинского фронта уже давно действовали на территории Чехословакии. Командиры и политработники фронтов довели до сведения всего личного состава, что трудящиеся Праги, восставшие против немецко-фашистских оккупантов, ведут кровопролитные бои и с нетерпением ждут от Красной Армии немедленной помощи. Это еще более усилило наступательный порыв советских воинов и вызвало неудержимое стремление их помочь братским народам Чехословакии.

6 мая, за день до назначенного срока, передовые батальоны дивизий первого эшелона ударной группировки 1-го Украинского фронта провели разведку боем. Вместе с ними действовали передовые бригады танковых корпусов 4-й и 3-й гвардейских танковых армий. В результате было установлено, что западнее Мейсена немецко-фашистские войска оставили свои позиции и отошли к югу. Во второй половине дня после короткой, но мощной артиллерийской подготовки перешли в наступление основные силы главной ударной группировки фронта, в том числе 3-я и 4-я гвардейские танковые армии, 25-й и 4-й гвардейский танковые корпуса. Противник вел упорные оборонительные бои, прикрывая подступы к Дрездену с севера и востока. Но сопротивление врага было сломлено. Наступавшие на правом фланге ударной группировки 13-я армия под командованием генерал-полковника Н. П. Пухова и 4-я гвардейская танковая армия под командованием генерал-полковника Д. Д. Лелюшенко продвинулись на 23 километра. Вечером командующий фронтом приказал 13-йармии развернуть стремительное наступление на Прагу.

Неожиданный удар советских войск из района северо-западнее Дрездена сорвал планы гитлеровского командования, пытавшегося деблокировать Бреславльский гарнизон. В этот день возобновили наступление против немецко-фашистского гар­низона Бреславля войска 6-й армии, которой командовал генерал-лейтенант В. А. Глуздовский. Комендант гарнизона Бреславля, убедившись в полной безнадеж­ности дальнейшего сопротивления, капитулировал перед войсками 6-й армии 1-го Украинского фронта. Советские войска приняли 40 845 капитулировавших немецких солдат и офицеров, захватили более 10 тыс. винтовок и автоматов, 416 пуле­метов, 146 орудий и минометов, 20 танков и штурмовых орудий, много складов с раз­личным вооружением и военным имуществом.

7 мая войска 1-го Украинского фронта продолжали наступать по левому берегу Эльбы. 4-я гвардейская танковая армия, несмотря на трудные условия горной местности, в течение дня продвинулась на 45 километров, 3-я гвардейская армия овладела городом Мейсен. Часть сил 3-й гвардейской танковой армии, которой командовал генерал-полковник танковых войск П. С. Рыбалко, опередила пехоту и достигла западной окраины Дрездена. Благодаря успешному наступлению танковых армий противник не смог заблаговременно занять укрепления на германо-чехословацкой границе и организовать прочную оборону на горных перевалах. 5-я гвардейская армия под командованием генерал-полковника А. С. Жадова, наступая на Дрезден с севера, вышла на Эльбу и завязала бои за город.

Находившаяся северо-восточнее Дрездена 2-я армия Войска Польского под командованием генерал-лейтенанта К. К. Сверчевского, начав наступление утром 7 мая, за день продвинулась на 15 километров. В составе армии действовали 1-йотдельный танковый корпус и 2-я артиллерийская дивизия Войска Польского. 28-я армия под командованием генерал-лейтенанта А. А. Лучинского, усиленная 7-м гвардейским механизированным корпусом, которым командовал генерал-лейтенант танковых войск И. П. Корчагин, и 52-я армия под командованием генерал-полковника К. А. Коротеева нанесли удар в направлении Гёрлица. Соединения 52-й армии завязали бои на северной окраине города. 21-я армия под командованием генерал-полковника Д. Н. Гусева овладела городом Штригау. В этот день началось наступление 2-го Украинского фронта. 7-я гвардейская армия под командованием генерал-полковника М. С. Шумилова атаковала врага из района южнее Брно на фронте до 25 километров и к исходу дня продвинулась на 12 километров.

Войска 4-го Украинского фронта 6 и 7 мая продолжали наступать на оломоуцком направлении в трудных условиях горно-лесистой местности. Правофланговые части 60-й армии, которой командовал генерал-полковник П. А. Курочкин, 6 мая овладели пунктами обороны противника Крнов и Горни-Бенешов, достигнув северо-восточной окраины Оломоуца. Упорные бои на подступах к городу с северо-востока и востока вела 38-я армия, которой командовал генерал-полковник К. С. Москаленко. 1-я гвардейская армия под командованием генерал-полковника А. А. Гречко и 18-я армия под командованием генерал-лейтенанта А. И. Гастиловича вышли на рубеж юго-восточнее Оломоуца. 1-й Чехословацкий армейский корпус под командованием генерала К. Клапалека 6 мая продвинулся на 20 километров. 40-я армия 2-го Украинского фронта под командованием генерал-лейтенанта Ф. Ф. Жмаченко наступала на Оломоуц с юга, навстречу частям правого крыла 4-го Украинского фронта. К концу дня расстояние между этими фронтами сократилось до 20 километров. Создалась угроза окружения гитлеровских войск, действовавших восточнее Оломоуца.

Немецко-фашистское командование, боясь окружения 1-й танковой армии в оломоуцком выступе, усилило сопротивление наступавшим здесь войскам 4-го и 2-го Украинских фронтов и начало быстро отводить части 1-й танковой армии из образовавшегося опасного «мешка». В связи с отходом 1-й танковой армии противника развернулось успешное наступление 38-й и 1-й гвардейской армий, которые 7 мая продвинулись от 7 до 20 километров. 60-я армия правым флангом и центром также продвинулась на 15-20 километров, продолжая бои в Оломоуце. В это время командующий 4-м Украинским фронтом приказал 18-й армии сменить 40-ю армию 2-го Украинского фронта в районе Коетина и с утра 8 мая перейти в наступление в северном направлении, нанося удар западнее Простеева, чтобы, соединившись с войсками 60-й армии западнее Оломоуца, окружить и уничтожить оломоуцкую группировку противника.

Таким образом, в этот период войска 4-го Украинского фронта привлекли на себя и сковали значительные силы немецко-фашистской группы армий «Центр» и тем самым создали благоприятные условия для маневра главных сил 1-го и 2-го Украинских фронтов.

Успешное наступление советских войск, особенно 1-го Украинского фронта, а также восстание в Праге вынудили немецко-фашистское командование отдать «приказ войскам Восточного фронта как можно скорее отходить на запад, с тем чтобы спасти немецких солдат» . Однако приказ не был доведен до командиров соединений. Ф. Шёрнер так пытался оправдать свои действия: «Последние указания ставки были получены мною после обеда 7 мая. Это был приказ о всеобщей капитуляции за подписью Кейтеля. Приказ был передан по радио и доложен мне начальником штаба генерал-лейтенантом фон Нацмер. Приказ о капитуляции мною в мои войска передан не был, так как я полагал, что он был невыполним… Нами был выработан по этапам план отхода войск группы армий «Центр». Более того, Шёрнер отдал приказ, в котором говорилось, что англо-американская и советская пропаганда якобы распространяет ложные слухи о капитуляции Германии, и предупреждал свои войска, что война против Советского Союза будет продолжаться.

8 мая наступление советских войск продолжалось на всех направлениях. Наибольший успех имели армии правого крыла 1-го Украинского фронта, которые вступили на территорию Чехословацкой Республики. 4-я гвардейская танковая армия продвинулась до 35 километров и освободила город Мост. Передовой отряд 3-й гвардейской танковой армии под командованием заместителя начальника штаба армии генерал-майора И. Г. Зиберова (в отряд входили 69-я механизированная и 16-я самоходно-артиллерийская бригады и 50-й отдельный мотоциклетный полк) в 7 часов утра достиг горных перевалов. 10-й гвардейский танковый корпус под коман­дованием генерал-лейтенанта танковых войск Е. Е. Белова ворвался в город Теплице.

5-я и 3-я гвардейские армии во взаимодействии с 3-й гвардейской танковой армией при содействии частей 2-й армии Войска Польского 8 мая полностью овла­дели Дрезденом - крупным промышленным центром Саксонии, выйдя на линию Либштадт - Кёнигштейн. Командующий фронтом приказал танковым армиям захватить вражеские аэродромы в полосе наступления фронта. С этой целью были выдвинуты вперед подвижные отряды, танки, отдельные орудия и подразделения пехоты. Войска центра и левого крыла фронта, преследуя противника, вступили в пределы Судет. В течение суток авиация фронта произвела 2800 самолето-вылетов.

Танкисты 5-го гвардейского механизированного корпуса 4-й гвардейской танковой армии, которым командовал генерал-майор танковых войск И. П. Ермаков, 8 мая уничтожили штаб Шёрнера, направлявшийся из Яромержа в Карло-ви-Вари, где располагались американские войска. Управление немецко-фашистскими армиями нарушилось. Генерал-фельдмаршал Шёрнер из района Жатец пытался пробиться в расположение американских войск. Сам Шёрнер рассказывал об этом так: «В ночь с 7 на 8 мая штаб находился в переброске и утром 8 мая при танковом прорыве был полностью уничтожен. С этого времени я полностью потерял управление отходящими войсками. Танковый прорыв был совершенно неожиданным, так как вечером 7 мая фронт еще существовал» .

В ходе операции войска 1-го Украинского фронта обнаружили в районе Дрездена спрятанные гитлеровцами художественные ценности знаменитой Дрезденской картинной галереи. В сырых пещерах фашистские варвары замуровали около 750 выдающихся произведений живописи, и среди них бесценные творения Рафаэля, Тициана, Веласкеса, Мурильо, Рембрандта, Ван-Дейка, Рубенса, Дюрера. Эти пещеры и подступы к ним были заминированы.

Мужественные воины Красной Армии предотвратили замышлявшееся фа­шистами чудовищное преступление, разминировав места, где хранились картины, и установили надежную их охрану. Из Москвы были приглашены специалисты-искусствоведы, под руководством которых весь художественный фонд был перевезен в один из уцелевших дворцов в окрестностях Дрездена. Позже спасенная коллекция картин Дрезденской галереи была отправлена в Москву для реставрации. Так советские войска спасли от гибели ценнейшие произведения мирового искусства. В спасении Дрезденской картинной галереи с особой яркостью проявились высокая культура и благородство солдат и офицеров Вооруженных Сил: социалистического государства. В 1955 г. по решению Советского правительства реставрированные советскими мастерами картины Дрезденской галереи были переданы Германской Демократической Республике. Этим историческим актом СССР еще раз продемонстрировал свое стремление поддерживать дружбу и мир между советским и германским народами.

Наступление войск продолжалось с неослабным напряжением. Во 2-м Украинском фронте 8 мая в прорыв была введена 6-я гвардейская танковая армия, которой командовал генерал-полковник танковых войск А. Г. Кравченко. К концу дня армия, овладев городом Яромержице, развивала наступление в направлении Йиглава. 7-я гвардейская армия заняла города Моравски-Крумлов и Мирослав и вместе с частями 9-й гвардейской армии, которой командовал генерал-полковник В. В. Глаголев,- город Зноймо. Одновременно возобновила наступление из района севернее Вены 46-я армия под командованием генерал-лейтенанта А. В. Петрушевского.

9 мая в наступление перешли 53-я армия под командованием генерал-лейтенанта И. М. Манагарова и 1-я гвардейская конно-механизированная группа, которой коман­довал генерал-лейтенант И. А. Плиев. В этот день командующий фронтом приказал находившемуся в резерве 24-му гвардейскому стрелковому корпусу не позднее 12 часов 9 мая выдвинуться на автомашинах в район Йиглавы и совместно с 6-й гвардейской танковой армией 10 мая вступить в Прагу. Для выполнения задачи корпусу дополнительно было выделено 1200 автомашин. Таким образом, войска 1-го и 2-го Украинских фронтов, стремительно преследуя врага, выходили на пути его отступления.

Успешно развивались события и в полосе 4-го Украинского фронта. После напряженных боев войска фронта освободили город Оломоуц - важный военно-промышленный центр Чехословакии. Эта победа создала необходимые условия для наступления основных сил фронта в направлении Праги.

Успеху советских войск во многом содействовала авиация фронтов: 2-я воздушная армия под командованием генерал-полковника авиации С. А. Красовского, 8-я воздушная армия под командованием генерал-лейтенанта авиации В. Н. Жданова и 5-я воздушная армия под командованием генерал-полковника авиации С. К. Горюнова. Кроме того, для поддержки войск 2-го Украинского фронта была привлечена 17-я воздушная армия 3-го Украинского фронта, которой командовал генерал-полковник авиации В. А. Судец.

Население Чехословакии с огромной радостью встречало Красную Армию. Города и села, освобождаемые советскими войсками, были охвачены всеобщим лико­ванием. На домах вывешивались советские и чехословацкие государственные флаги, лозунги на русском языке: «Слава Советской России!», «Слава Красной Армии!», «Да здравствует дружба советского и чехословацкого народов!». Чехи забрасывали советских солдат и офицеров цветами, угощали их вином и пивом, приглашали останавливаться на квартирах. Ночью жители многих населенных пунктов встречали Красную Армию с факелами. На всех дорогах население с красными флагами приветствовало проходившие советские войска. Когда воинские части входили в города, улицы были запружены народом. В Угерски-Брод врач Елинек заявил: «Мы ждали Вас, наших дорогих освободителей, в течение шести лет и, наконец, дождались, к нашей великой радости. Сейчас мы будем жить счастливой, свободной жизнью». Крестьяне многих сел подготавливали и убирали помещения для госпиталей. Они приносили раненым яйца и молоко, заявляя при этом: «Мы русских любим и для них достанем все».

В городе Либерец жители вышли на улицы. Каждый хотел поближе подойти к советским танкистам, пожать им руку и лично поблагодарить за освобождение города от гитлеровского ига. Многие дарили своим освободителям букеты цветов. Возникали митинги. В качестве трибун использовались танки и самоходно-артиллернйские установки. Выступавшие с ненавистью говорили о немецко-фашистских оккупантах, принесших народу неисчислимые страдания. На улицах расставлялись и накрывались столы для советских воинов. В селе Сободка одна пожилая женщина от имени односельчан, преподнеся командиру части хлеб-соль, сказала: «Шесть лет угнетали нас немцы, угоняли наших родных и близких в Германию на каторжные работы, закрывали наши школы. Немцы убили моего единственного сына. Только вы, наши кровные братья, спасли нас от беды. Мы никогда этого не забудем» .

В некоторых деревнях жители устанавливали дежурства, чтобы своевременно встретить воинов Красной Армии. Нередко устраивались вечера в честь прихода Красной Армии, на которые приглашались советские воины.

После вступления советских войск в населенные пункты жители быстро создавали местные органы власти, организовывали охрану и несение патрульной службы, восстанавливали порядок, вылавливали немецко-фашистских солдат и офицеров и их пособников.

Один из участников боев за Прагу, старший сержант М. С. Александров, в своих воспоминаниях пишет: «Не хватает слов, которыми можно было бы описать встречу. Шоссе окружено восторженными толпами людей, которые пришли из соседних сел посмотреть на своих освободителей. Девушки в национальных костюмах, старики, масса детей… Из группы крестьян неожиданно выбегает молодая девушка, обнимает меня за шею и взволнованным голосом объясняет что-то на своем языке. Я не понял ее, но стоящий рядом партизан перевел мне ее слова: «Русские - герои. Мы давно вас ждали. Мы верили, что вы придете и освободите нас!» Рядом со мной стоял пожилой гвардеец с двумя ленточками ранений на груди. Я хорошо его знал. Мы вместе прошли через долгие годы войны. В самые тяжелые моменты он оставался спокойным. А здесь, в Чехословакии, он плакал». Так встречали Красную Армию простые люди Чехословакии.

В ночь на 9 мая танковые армии 1-го Украинского фронта совершили стремительный 80-километровый марш. В 2 часа 30 минут утра 9 мая танкисты прорвались к Праге и завязали бои с немецко-фашистскими войсками. Одним из первых ворвался в город танк № 23 под командованием гвардии лейтенанта И. Г. Гончаренко. Ошеломленные внезапным ударом гитлеровцы складывали оружие. В боях за Прагу было взято в плен более 4 тыс. фашистских солдат и офицеров. Более 6 часов советские войска вели бои в городе. К 10 часам утра, при активной поддержке боевых дружин восставшей Праги, они полностью очистили город от немецко-фашистских захватчиков.

Пражане с нетерпением ожидали прихода Красной Армии - освободительницы от немецко-фашистского гнета. Несмотря на ранний час, встречать советских танкистов вышло много жителей Праги. Они помогали разбирать баррикады и расчищать улицы, засыпанные обломками разрушенных зданий. Освобожденная Прага переживала счастливые дни торжества победы и свободы. Улицы города приняли праздничный вид. Население чехословацкой столицы с восторгом и радостью встречало воинов Красной Армии. Всюду слышались громкие возгласы «Наздар», «Да здравствует Красная Армия - освободительница чехословацкого народа!». Все это можно было слышать во всех городах и населенных пунктах Чехословацкой республики, освобожденной Красной Армией.

На других направлениях войска 1-го Украинского фронта, продолжая успешное наступление в горно-лесистой местности, продвинулись от 30 до 40 километров. Авиация фронта наносила бомбовые и штурмовые удары, уничтожая живую силу и технику врага. В течение 9 мая авиация произвела 1320 боевых вылетов.

Войска 4-го Украинского фронта, преследуя отступавшего противника, к исходу дня 9 мая вышли на рубеж Миттельвальде - Литомишль - Летовице. В 18 часов 9 мая в Прагу вступила подвижная группа фронта, которая за сутки прошла 200 километров. В состав группы наряду с советскими частями входила 1-я отдельная чехословацкая танковая бригада майора В. Янко. К 19 часам того же дня в район Хотеборж (100 километров юго-восточнее Праги) выдвинулась подвижная группа 38-й армии, которая прошла за день 135 километров.

Успешно продвигались к Праге подвижные соединения 2-го Украинского фронта, громя на своем пути отходящие колонны вражеских войск. В 14 часов 9 мая командующий фронтом приказал 6-й гвардейской танковой армии к концу дня выйти в район Прага - Бенешов - Костелец, замкнуть вместе с войсками 1-го Украинского фронта кольцо окружения, не дав врагу возможности прорваться на запад Выполняя поставленную задачу, головные части армии прошли 120 километров и освободили Бенешов.

В связи с изменением обстановки Ставка Верховного Главнокомандования 10 мая установила новые разграничительные линии между фронтами. Войска 1-го и 2-го Украинских фронтов должны были встретиться южнее Праги на рубеже Ржичани - Пльзень. Этим фронтам одновременно ставилась задача продолжать наступление на запад до соприкосновения с союзниками. Подвижным соединениям 1-го Украинского фронта предстояло занять города Хемниц, Карлови-Вари и Пльзень. Войска 1-го и 4-го Украинских фронтов получили задачу как можно скорее пленить противника, окруженного северо-восточнее Праги. 4-й Украинский фронт после выполнения этой задачи должен был сосредоточиться восточнее Праги. 1-му Чехословацкому армейскому корпусу было приказано не позднее 14 мая достигнуть Праги и войти в состав 1-го Украинского фронта.

В соответствии с этими указаниями Маршал Советского Союза И. С. Конев создал прочный заслон из танковых и общевойсковых соединений на рубеже Лабы и Влтавы, а остальные силы развернул фронтом на запад для выдвижения на рубеж Хемниц - Карлови-Вари - Пльзень. В район Праги был срочно выдвинут 10-й артиллерийский корпус прорыва, получивший задачу поддержать действия 4-й гвардейской танковой армии. 2-я армия Войска Польского вышла в район Мельник.

10 мая войска фронта на всех направлениях продолжали стремительное продвижение вперед, уже не встречая серьезного сопротивления противника. В течение дня они прошли до 40 километров и взяли в плен около 80 тыс. немецко-фашистских солдат и офицеров. На аэродромах Дрезден, Штригау, Гёрлиц, Либерец было захвачено 272 вражеских самолета. 1-й гвардейский кавалерийский корпус под командованием генерал-лейтенанта В. К. Баранова в районе Хемница и часть сил 4-й гвардейской танковой армии в районе Рокицани (восточнее Пльзень) вошли в соприкосновение с американскими войсками. Левофланговые войска 2-го Украинского фронта, развивая наступление, соединились с американскими частями в районах Писек и Ческе-Будеёвице. Основные силы 4-й гвардейской танковой армии, выдвинувшись к югу от Праги, вышли в район Беиешова и соединились с 6-й гвар­дейской танковой армией 2-го Украинского фронта.

Таким образом, советские войска 10 мая замкнули кольцо вокруг основных сил немецко-фашистской группы армий «Центр». В окружении оказалась почти вся вражеская группировка, действовавшая в Чехословакии. Только несколько дивизий группы армий «Австрия», находившихся на флангах группировки, прорвались в зону действий американских войск. Окруженные немецко-фашистские войска, потеряв всякую надежду прорваться на запад, начали складывать оружие. В течение 10 и 11 мая основные силы вражеских войск были пленены.

При преследовании противника 25-й танковый корпус вышел в район Клатови, глубоко вклинившись в расположение американских войск. Здесь корпус, имевший задачу не допускать перехода отступающих немецких частей в американскую зону, был остановлен и развернут фронтом на восток. 11 мая было установлено, что в районе Брлезнице вместе с немецкими частями отступает 1-я дивизия предателей-власовцев. Командир корпуса генерал-майор танковых войск Е. И. Фоминых решил взять в плен изменника. Командир 162-й танковой бригады полковник И П. Мищенко, получив эту задачу, выслал капитана М. И. Якушева с группой бойцов и офицеров в расположение 1-й дивизии. Встретив колонну машин, Якушев внимательно осмотрел их В это время шофер-власовец, которому, как и другим солдатам дивизии, надоела бессмысленная борьба, выдал изменника Власова Прикрывшись одеялом, он сидел в одной из автомашин. Под угрозой расстрела капитан Якушев приказал предателю следовать за ним. Власова доставили в штаб 25-го танкового корпуса. По пред­ложению генерал-майора Фоминых он написал приказ солдатам и офицерам дивизии о немедленном переходе на сторону Красной Армии. 13 и 14 мая дивизия, насчитывавшая 9 тыс. человек, была разоружена. Власов и его ближайшие помощники были отправлены в Москву и преданы суду военного трибунала.

Одновременно с ликвидацией окруженной группировки противника войска 1-го и 2-го Украинских фронтов продолжали продвижение на запад до встречи с 3-й американской армией. 11 мая соприкосновение с американскими частями было установлено в полосе наступления 1-го Украинского фронта в районах городов Карлови-Вари и Клатови Еще утром 10 мая части 1-го Чехословацкого армейского корпуса форсированным маршем направились из района Летовице (40 километров севернее Брно) в Прагу. 15 мая корпус был преобразован в 1-го Чехословацкую армию. 17 мая столица с гордостью приветствовала войска своей страны, проходившие по городу.

Завершив освобождение Чехословакии и ее столицы Праги, советские войска выполнили свой союзнический долг перед чехословацким народом. 27 июня 1945 г. Ставка Верховного Главнокомандования приказала в связи с окончанием войны вывести все советские войска из Чехословакии и лишь в Судетской области, западнее и северо-западнее Праги, временно оставить 5-ю гвардейскую армию. Одновременно с этим во всей Чехословакии упразднялась система советских военных комендатур, обязанности которых передавались чехословацкой администрации. Советские комендатуры временно сохранялись только на основных железно­дорожных коммуникациях, по которым осуществлялось снабжение советских частей.

Пражская наступательная операция Советских Вооруженных Сил явилась последней операцией Великой Отечественной войны против фашистской Германии. Проведенная силами трех взаимодействующих фронтов в исключительно короткий срок, она вошла в историю военного искусства как образец гибкого и мобильного управления войсками. Наступая на фронте 750 километров, советские войска в течение 6 суток продвинулись в глубину на 120-200 километров. Средний темп наступления составил 20-25 километров в сутки. В районе восточнее и юго-восточнее Праги Красная Армия окружила крупную группировку противника и принудила ее к капитуляции.

Для Пражской операции характерно использование танковых армий, осущест­вивших глубокий и быстрый маневр на окружение основных сил противника в условиях горно-лесистой местности. Средний темп продвижения танковых войск в горах составлял 50-60 километров в сутки. При этом танковые армии 1-го Украинского фронта были введены в сражение в первом эшелоне фронта, одновременно с общевой­сковыми армиями, что в данной обстановке полностью себя оправдало. Операция подтвердила возможность самостоятельных действий крупных танковых масс в условиях горного театра военных действий.

Заслуживают внимания умелая подготовка операции в чрезвычайно короткий срок и проведение сложной оперативной перегруппировки войск. Пражская опера­ция явилась новым свидетельством высоких организаторских способностей советских полководцев и мастерства бойцов Красной Армии. Партийно-политическая работа помогла командованию создать высокий наступательный порыв и обеспечить массовый героизм воинов. В ознаменование победы Советских Вооруженных Сил Президиум Верховного Совета Союза ССР учредил медаль «За освобождение Праги», которой были награждены все непосредственные участники боев за столицу Чехословакии.

В течение шести лет шла суровая борьба народов Чехословакии против немецко-фашистских поработителей. За национальную независимость, за новую, подлинно демократическую республику отдали свои жизни многие тысячи лучших сынов и дочерей страны. В борьбе за светлое будущее Родины страдали, проливали кровь и умирали герои движения Сопротивления, бойцы 1-го Чехословацкого армейского корпуса, участвовавшие в освободительном походе Красной Армии, чехословацкие партизаны, герои словацкого народного восстания и мужественные борцы майского восстания в Чехии. За шесть лет кровавого нацистского террора Коммунистическая партия Чехословакии, возглавлявшая антифашистское движение в стране, понесла огромные потери. В борьбе с фашистами сложили свои головы 25 тыс. коммунистов, в их числе 13 членов ЦК КПЧ, избранного на VII съезде партии.

В жестоких боях с фашистскими ордами на территории дружественной Чехословакии погибло свыше 100 тыс. советских воинов, выполнявших освободитель­ную миссию. Чехословацкий народ глубоко благодарен Советскому Союзу за братскую помощь в освобождении страны. В честь советских воинов, погибших в борьбе с врагом в Чехословакии, воздвигнуты памятники. Улицы и площади городов и сел носят имена советских героев. Пражане бережно хранят память о своих освободителях. Могилы павших борцов на Ольшанском почетном красноармейском кладбище в Праге круглый год утопают в цветах. В память о дне освобождения столицы Чехословакии прославленный советский танк № 23 навечно поставлен в Праге на одной из площадей, названной Площадью советских танкистов. На постаменте этого памятника, напоминающего о великом подвиге советских воинов, написаны имена гвардейцев-танкистов, наиболее отличившихся при освобождении чехословацкой столицы и павших смертью храбрых.

Маршалы Советского Союза Р. Я. Малиновский, И. С. Конев, А. И. Еременко, генерал армии И. Е. Петров, многие офицеры Красной Армии и партизанских отрядов избраны почетными гражданами городов Чехословакии.

Борьба против немецко-фашистских захватчиков увенчалась полной победой. Чехословакия стала независимой и подлинно демократической. Этот путь развития страны был указан революционным творчеством народных масс и провозглашен правительством Национального фронта в Кошицкой программе, разработанной Коммунистической партией Чехословакии.

Борясь за осуществление этой программы, народ, вдохновляемый и руководи­мый Коммунистической партией, впервые в своей истории начал самостоятельно решать судьбу своей Родины. Новая Чехословакия уже в 1945 г. смогла провести важнейшие социально-экономические преобразования, способствовавшие укреплению народно-демократической революции и ее перерастанию в революцию социалисти­ческую. В октябре 1945 г. по инициативе Коммунистической партии, поддерживаемой всеми трудящимися страны, были приняты декреты о национализации важней­ших отраслей промышленности и крупных банков и о денежной реформе. Еще ранее началось проведение аграрной реформы.

В корне изменилось международное положение Чехословакии. Боевое содружество народов СССР и Чехословакии, сложившееся в период войны, после победы над врагом вылилось в тесное сотрудничество и всестороннюю братскую взаимо­помощь.

Победа над врагом, одержанная народами Чехословакии при активной помощи Советского Союза, его Вооруженных Сил, навсегда положила конец чужеземной оккупации, угрожавшей самому существованию чешского и словацкого народов. Чехословакия начала новую эру своей истории, эру строительства социализма. Говоря об исторических условиях, которые вызвали такой поворот в истории народов Чехословакии, Готвальд писал: «Самым главным и решающим условием, самым главным и решающим фактором явились вооруженные силы Советской Армии, союз и братская помощь Советского Союза» .

Центральный Комитет Коммунистической партии Чехословакии в одном из своих приветствий КПСС по поводу Дня Победы писал: «Наш народ всегда будет вспоминать этот памятный день с безграничной любовью и благодарностью к великому Советскому Союзу, к славным советским воинам, которые в жестокой борьбе за спасение человечества и за освобождение наших народов окропили своей кровью землю нашей родины. Он будет вспоминать этот день с бесконечной любовью и благодарностью к непобедимой Советской Армии - освободительнице…».

В начале мая 1945 г., когда части Красной армии завершали уничтожение противника в Берлине, многочисленные группировки вермахта, действовавшие на территории Западной Европы и Италии, начали повсеместно сдаваться в плен американским и английским войскам. Понимая бесперспективность дальнейшего сопротивления, вновь образованное правительство Германии во главе с гросс-адмиралом К. Деницем, тем не менее, стремилось удержать районы Центральной и Западной Чехословакии, с тем, чтобы сохранить группы армий «Центр» и «Австрия», выиграть время и с подходом армий союзников СССР по антигитлеровской коалиции капитулировать перед ними.

В составе двух немецких групп армий насчитывалось 62 дивизии, в том числе 16 танковых и моторизованных, большое количество отдельных полков и батальонов, специальных частей и подразделений, различных боевых групп - всего более 900 тыс. человек, 9700 орудий и минометов, свыше 2200 танков и штурмовых орудий, около 1000 самолетов. При этом значительная часть танков и щтурмовых орудий была неисправна и использовалась в качестве неподвижных огневых точек, а в военно-воздушных силах ощущулся недостаток горючего.

В соответствии с замыслом Ставки Верховного Главнокомандования к проведению Пражской наступательной операции привлекались 1, 4-й и 2-й Украинские фронты, которые к тому времени, действуя в полосе шириной 1200 км, вышли в районы севернее Дрездена, западнее Моравска-Остравы, юго-западнее Брно и охватили вражескую группировку в Южной Саксонии и Чехословакии с севера, востока и юга. В них имелось 18 армий, три танковые и три воздушные армии, пять танковых, два мехинизированных и три кавалерийских корпуса - всего 153 стрелковые дивизии и 7 стрелковых бригад, 24 500 орудий и минометов, более 2100 танков и самоходных артиллерийских установок, свыше 4000 боевых самолетов. Планировалось ударом по сходящимся на Прагу направлениям силами 1-го и 2-го Украинских фронтов из районов северо-западнее Дрездена и южнее Брно окружить основные силы врага в Чехословакии, совместно с 4-м Украинским фронтом рассечь их на части и не допустить отхода немецких войск на запад и юго-запад.

Наиболее подготовленные в инженерном отношении оборонительные рубежи противника находились перед центром и левым крылом 1-го Украинского фронта. Здесь в тактической зоне обороны глубиной 18 км имелись многочисленные искусственные заграждения. В оперативной глубине вдоль всей германо-чехословацкой границы по рубежу Рудных и Судетских гор размещались бетонированные укрепления. В полосах 4-го и 2-го Украинских фронтов перед советскими войсками находились лишь оборонительныве сооружения полевого типа.

Командующий войсками 1-го Украинского фронта Маршал Советского Союза И.С. Конев решил главный удар нанести в направлении Праги силами трех армий (13-я, 3-я гвардейская, 5-я гвардейская), двух танковых армий (3-я и 4-я гвардейские), двух танковых и кавалерийского корпусов, шести авиационных корпусов, пяти артиллерийских дивизий прорыва (21 стрелковая дивизия, 5680 орудий и минометов, 1040 танков и САУ, 1900 самолетов). Другие удары намечались: первый из района северо-западней Герлица с целью рассечения группировки врага (28-я и 52-я армии, один механизированный корпус); второй - для обхода Дрездена с юго-востока (2-я армия Войска Польского).

В соответствии с решением командующего войсками 2-го Украинского фронта Маршала Советского Союза Р.Я. Малиновского и уточнениями Ставки ВГК в состав главной ударной группировки, которая переходила в наступление из района Брно навстречу 1-му Украинскому фронту, вошли 53-я, 7-я и 9-я гвардейские, 46-я армии, 6-я гвардейская танковая армия и 1-я гвардейская конно-механизированная группа. На направление другого удара, наносимого на Оломоуц, выделялась 40-я армия.

Навстречу ей с севера и северо-востока наносили удар 60-я и 38-я армии 4-го Украинского фронта (генерал армии А.И. Еременко). После окружения немецкой 1-й танковой армии в оломоуцком выступе предусматривалось развернуть наступление на Прагу с востока всеми его силами. Для овладения столицей Чехословакии создавалась подвижная группа в составе усиленного 31-го танкового корпуса.

Подготовка операции осуществлялась в крайне ограниченные сроки. При этом предстояло провести крупную перегруппировку сил и средств. Только на 1-м Украинском фронте в ней были задействованы пять армий, в том числе две танковые, а также ряд отдельных корпусов. Сложные задачи пришлось решать полевому управлению 2-го Украинского фронта. Ему пришлось выводить из сражения и перемещать на новое направление 6-ю гвардейскую танковую армию и 1-ю гвардейскую конно-механизированную группу, принимать в свой состав и выводить в первый эшелон 9-ю гвардейскую армию, организовывать переброску 53-й и 40-й армий с целью занятия исходного положения для наступления. Немаловажным условием, требовавшим ускорить начало операции, являлось начавшееся в Праге 5 мая вооруженное восстание. Стремясь подавить его, оккупанты применили против чехословацких патриотов артиллерию, танки и авиацию.

Наступление 1-го Украинского фронта началось 6 мая, на сутки раньше намеченного срока. Утром того дня разведка установила, что северо-западнее Дрездена противник занимает оборону в отдельных опорных пунктах незначительными силами. Поэтому было решено нанести удар, не ожидая полного сосредоточения главной группировки. В 14 часов после короткой артиллерийской подготовки дивизии 13-й и 3-й гвардейской армий генерал-полковников Н.П. Пухова и В.Н. Гордова атаковали врага. Вслед за ними начали выдвигаться передовые отряды 4-й и 3-й гвардейских танковых армий генерал-полковников Д.Д. Лелюшенко и П.С. Рыбалко. Прорвав в течение 2-3 часов главную полосу обороны немецких войск, они обогнали стрелковые части и к исходу дня продвинулись на 23 км.

В ночь на 7 мая, после 30-минутной артиллеийской подготовки, перешли в наступление соединения 5-й гвардейской армии генерал-полковника А.С. Жадова. Используя внезапность, они быстро сломили сопротивление танковой дивизии «Герман Геринг», 20-й танковой и 2-й моторизованной дивизий и начали продвигаться в глубину обороны противника. В тот же день начали боевые действия армии центра и девого крыла фронта, в результате чего ширина полосы его активных действий увеличилась до 430 км.

В районе Дрездена враг пытался контратаками пехоты и танков задержать продвижение советских войск, но, не выдержав их ударов, вынужден был отойти на 30-40 км. Вскоре армии главной ударной группировки 1-го Украинского фронта вышли в полосе шириной 60 км к северным склонам главного хребта Рудных гор и завязали бои за перевалы. Несмотря на упорное сопротивление немецких аръергардных частей, взрывавших мосты и устраивавших завалы на дорогах, 8 мая 4-я и 3-я гвардейские танковые армии преодолели Рудные горы, а 5-я гвардейская армия овладела крупным административным и промышленным центром Саксонии - Дрезденом.

На 2-м Украинском фронте соединения 7-й гвардейской армии генерал-полковника М.С. Шумилова 7 мая закончили перегруппировку и в 8 часов 15 минут, после 30-минутной артиллерийской подготовки, перешли в наступление. За день они прорвали оборону противника на глубину 25 км. С утра следующего дня в сражение была введена 6-я гвардейская танковая армия генерал-полковника А.Г. Кравченко, которая увеличила вклинение до 50 км и вышла в район Яромержице. Также успешно в течение 8 мая действовали 53-я (генерал-лейтенант И.М. Манагаров), румынская 1-я, 9-я гвардейская (генерал-полковник В.В. Глаголев) и 46-я (генерал-лейтенант А.В. Петрушевский) армии, которые преодолели от 30 до 40 км. В то же время войска 4-го Украинского фронта овладели крупным железнодорожным узлом и важным военно-промышленным центром Чехословакии - г. Оломоуц и во взаимодействии с 40-й (генерал-лейтенант Ф.Ф. Жмаченко) и румынской 4-й армиями 2-го Украинского фронта ликвидировали оломоуцкий выступ.

Большую роль в успехе наступления сыграла авиация. В течение трех дней 2, 5, 8-я и 17-я воздушные армии под командованием генерал-полковников авиации С.А. Красовского и С.К. Горюнова, генерал-лейтенанта авиации В.Н. Жданова и генерал-полковника авиации В.А. Судец совершили 7640 самолето-вылетов. В целом в период с 6 по 8 мая армии трех фронтов прорвали вражескую оборону на всю ее оперативную глубину, преодолели Рудные горы, вышли на рубежи, находившиеся в 60-150 км севернее, восточнее и южнее Праги. Тем самым они создали благоприятные условия для окружения главных сил противника в Чехословакии. Выполнению этой задачи способствовало также уничтожение 5-м гвардейским механизированным корпусом генерал-майора И.П. Ермакова штаба группы армий «Центр», что крайне затруднило ее командующему генерал-фельдмаршалу Ф. Шёрнеру управление подчиненными объединениями.

В 20 часов 8 мая советское командование передало по радио обращение к немецким войскам с предложением прекратить сопротивление и сложить оружие. Однако ответа на него не последовало. Напротив, группировки врага всячески стремились прорваться на запад и юго-запад с целью капитулировать перед американской армией. Чтобы сорвать эти планы войска трех фронтов без паузы приступили к преследованию. Основная роль в нем отводилась передовым отрядам, которые выделялись для захвата узлов дорог, мостов, проходов в горах и аэродромов.

В течение ночи на 9 мая танковые армии 1-го Украинского фронта совершили 80-километровый марш. В 4 часа утра 10-й гвардейский танковый корпус 4-й гвардейской танковой армии первым вступил в Прагу. Вслед за ним к городу вышел 9-й механизированный корпус 3-й гвардейской танковой армии. Вскоре танкистов поддержали передовые части 13-й и 3-й гвардейской армий. К 10 часам советские войска при активной поддержке населения полностью очистили столицу Чехословакии от оккупантов. К 18 часам в нее вошли подвижные соединения 4-го Украинского фронта, преодолевшие в течение суток 200 км. К тому же времени 6-я гвардейская танковая армия 2-го Украинского фронта, пройдя 120 км, достигла рубежа в 30-35 км юго-восточнее Праги.

После овладения Прагой - главным узлом дорог Чехословакии - пути отхода противника на запад и юго-запад были перерезаны. 10 мая Ставка ВГК потребовала от командующих войсками 1-го и 4-го Украинских фронтов принять меры к исключению прорыва окруженной вражеской группировки в американскую зону оккупации и скорейшему ее уничтожению. Помимо этого, 1-му Украинскому фронту приказывалось продолжить стремительное продвижение на запад до установления соприкосновения с армиями союзников. При этом его подвижные отряды должны были занять города Хемниц, Карловы-Вары, Пильзен.

В течение 10-11 мая советские войска, ведя преследование противника, осуществляли ликвидацию и пленение его разрозненных групп. В те дни части 1-го и 2-го Украинских фронтов вошли в соприкосновение с американскими подразделениями в районах Хемница, Карловых-Вар, восточнее Пильзена, Ческе-Будеевице. В ходе боевых действий воины 25-го танкового корпуса генерал-майора Е.И. Фоминых захватили значительную часть штаба Русской освободительной армии во главе с ее командующим А.А. Власовым. К исходу 11 мая большинство соединений и боевых групп врага прекратили сопротивление и сложили оружие. Только нескольким фланговым дивизиям группы армий «Австрия» удалось прорваться в зону действий американских войск.

В результате успешного завершения Пражской операции была разгромлена последняя крупная группировка вермахта на советско-германском фронте и завершено освобождение Чехословакии. В ее ходе 1, 4-й и 2-й Украинские фронты взяли в плен 858 тыс. немецких солдат и офицеров, из них - 60 генералов, захватили в качестве трофеев 9464 орудия и миномета, 1822 танка и штурмовых орудия, 1104 самолета, а также большое количество другого вооружения и боевой техники. При этом потери советских войск составили 49 348 человек, из них 11 265 - безвозвратные, 373 танка и самоходные артиллерийские установки, более 1000 орудий и минометов, 80 боевых самолетов.

Наступление развернулось в полосе шириной до 1200 км на глубину около 200 км со средним темпом 35-40 для стрелковых и до 70 км для танковых соединений. Главный удар был нанесен по наиболее слабому месту в построении противника, в обход наиболее сильных укреплений, вдоль долин, по кратчайшему к Праге направлению. Это привело к быстрому захвату узлов дорог и перехвату путей отхода вражеской группировки. Ее преследование велось одновременно на всех направлениях, стремительно и безостановочно, днем и ночью, с привлечением соединений и частей различных родов войск.

За мужество, героизм и высокое воинское мастерство, проявленные в ходе Пражской операции около 250 наиболее отличившихся соединений и частей были награждены орденами, а более 50 из них - удостоены почетных наименований. В ознаменование одержанной победы Президиум Верховного Совета СССР учредил медаль «За освобождение Праги», которой награждены свыше 390 тыс. человек, из них более 40 тыс. - граждане Чехословакии.

Анатолий Борщов, старший научный сотрудник
Научно-исследовательского института (военной истории)
Военной академии Генерального штаба ВС РФ,
кандидат исторических наук