Великий российский лирик А. Фет родился 5 декабря 1820 года. Но биографы сомневаются не только в точной дате его рождения. Таинственные факты своего истинного происхождения мучили Фета до конца жизни. Помимо отсутствия отца как такового, непонятна была и ситуация с настоящей фамилией. Все это окутывает жизнь и творчество Фета некой загадочностью.
Родители Фета
По официальной версии, русский дворянин Афанасий Неофитович Шеншин, находясь на лечении в немецком городе Дармштадт, поселился в доме оберкригскомиссара Карла Беккера. Спустя некоторое время отставной армейский офицер увлекается дочкой хозяина Шарлоттой. Однако Шарлотта на тот момент была уже несвободна и состояла в браке с мелким немецким чиновником Карлом Фетом, который тоже жил в доме Беккера.
Несмотря на эти обстоятельства и даже на наличие у Шарлотты дочери от Фета, завязывается бурный роман. Чувства влюбленных были настолько сильны, что Шарлотта решается на побег вместе с Шеншиным в Россию. Осенью 1820 года Шарлотта, бросив мужа и дочку, уезжает из Германии.
Затянувшийся развод матери
Очерк жизни и творчества Фета невозможен без рассказа об отношениях его родителей. Будучи уже в России, Шарлотта мечтает об официальном разводе с Карлом Фетом. Но развод в те времена был довольно длительным процессом. Некоторые биографы утверждают, что из-за этого обряд венчания между Шеншиным и Шарлоттой произошел через два года после рождения маленького Афанасия, их общего сына. По одной из версий Шеншин якобы подкупил священника для того, чтобы дать мальчику свою фамилию.
Вероятно, именно этот факт повлиял на всю жизнь поэта. К нарушениям такого рода в Российской империи относились довольно строго. Однако все источники подтверждают факт венчания Шеншина и Шарлотты, которая впоследствии взяла себе имя Шеншиной.
Из дворян в нищие
Знакомясь с биографией лирика, невольно задаешься вопросом о том, что повлияло на жизнь и творчество Фета. Все до мелочей подробности узнать сложно. Но основные вехи нам вполне доступны. Маленький Афанасий до 14 лет считал себя потомственным российским дворянином. Но потом благодаря усердной работе судейских чиновников тайна происхождения ребенка была раскрыта. В 1834 году было учинено следствие по этому делу, в результате которого постановлением Орловского губернского правления будущий поэт был лишен права называться Шеншиным.
Понятно, что сразу же начались насмешки недавних товарищей, которые мальчик переживал довольно болезненно. Отчасти именно это послужило развитию душевной болезни Фета, преследовавшей его до смерти. Однако гораздо важнее было то, что в этой ситуации он не имел не только права на наследство, но и вообще, судя по документам, представленным из архивов того времени, был лицом без подтверждённой национальности. В один момент потомственный российский дворянин с богатым наследством превратился в нищего, никому, кроме матери, не нужного человека, без фамилии и Потеря была настолько велика, что сам Фет считал это событие обезобразившим его жизнь до смертного одра.
Иностранец Фет
Можно себе представить, через что прошла мать поэта, вымаливая у судейских крючкотворов хоть какую-то справку о происхождении своего сына. Но все было напрасно. Женщина пошла другим путем.
Вспомнив свои немецкие корни, она воззвала к жалости своего бывшего немецкого мужа. История умалчивает, как Елена Петровна добилась желаемого результата. Но он был. Родственники прислали официальное подтверждение того, что Афанасий приходится сыном Фету.
Так у поэта появилась хотя бы фамилия, жизнь и творчество Фета получили новый толчок в развитии. Однако во всех циркулярах он все же продолжал именоваться «иностранец Фет». Естественным выводом из этого стало полное лишение наследства. Ведь теперь иноземец не имел ничего общего с дворянином Шеншиным. Именно в этот момент им овладела идея любыми путями вернуть себе утраченные русское имя и титул.
Первые шаги в поэзии
Афанасий поступает в Московский университет на факультет словесности и именуется в университетских формулярах все так же - «иностранец Фет». Там он знакомится с будущим поэтом и критиком Историки полагают, что жизнь и творчество Фета изменились именно в этот момент: считается, что Григорьев открыл поэтический дар Афанасия.
Вскоре выходит Фета - «Лирический пантеон». Поэт написал ее будучи еще студентом университета. Читатели высоко оценили дар юноши - им было все равно, к какому сословию принадлежит автор. И даже суровый критик Белинский неоднократно подчёркивал в своих статьях поэтический дар молодого лирика. Отзывы Белинского, по сути, послужили Фету своеобразным пропуском в мир российской поэзии.
Афанасий стал печататься в различных изданиях и уже через несколько лет подготовил новый лирический сборник.
Военная служба
Однако радость творчества не могла вылечить больную душу Фета. Мысль о своем истинном происхождении не давала покоя молодому человеку. Он готов был идти на все, лишь бы доказать его. Во имя великой цели Фет сразу же после окончания университета поступает на военную службу, надеясь в армии заслужить дворянство. Он попадает службу в один из провинциальных полков, расположенных в Херсонской губернии. И сразу же первый успех - Фет получает официально российское гражданство.
Но и поэтическая деятельность не заканчивается, он все равно продолжает много писать и печататься. Спустя некоторое время армейский быт провинциальной части дает о себе знать: жизнь и творчество Фета (стихи он пишет все реже) становятся все мрачнее и неинтереснее. Тяга к поэзии ослабевает.
Фет в личной переписке начинает жаловаться друзьям на тяготы своего нынешнего существования. К тому же, судя по некоторым письмам, он испытывает финансовые затруднения. Поэт даже готов на лишь бы избавиться от нынешнего гнетущего физически и морально плачевного положения.
Перевод в Петербург
Довольно мрачными были жизнь и творчество Фета. Кратко излагая основные события, заметим, что поэт тянул солдатскую лямку долгих восемь лет. И вот перед самым получением первого в своей жизни офицерского чина Фет узнает о специальном указе, который поднимал выслугу и уровень армейского звания для получения дворянского чина. Иными словами, дворянство теперь предоставлялось только человеку, получившему более высокое офицерское звание, нежели было у Фета. Это известие совсем деморализовало поэта. Он понимал, что вряд ли дослужится до этого звания. Жизнь и творчество Фета снова перекраивались по чужой милости.
Женщины, с которой можно было бы связать свою жизнь по расчету, также не было на горизонте. Фет продолжал служить, все больше впадая в депрессивное состояние.
Однако удача наконец улыбнулась поэту: ему удалось перевестись в гвардейский лейб-уланский полк, который квартировался недалеко от Петербурга. Это событие случилось в 1853 году и удивительным образом совпало с изменением отношения общества к поэзии. Некоторый спад интереса к литературе, обозначившийся в середине 1840-х годов, прошел.
Теперь же, когда Некрасов стал главным редактором журнала «Современник» и собрал под своим крылом элиту российской литературы, времена явно способствовали развитию любой творческой мысли. Наконец, увидел свет давно написанный второй сборник стихов Фета, о котором забыл и сам поэт.
Поэтическое признание
Стихи, напечатанные в сборнике, произвели впечатление на ценителей поэзии. И вскоре такие известные литературные критики того времени, как В. П. Боткин и А. В. Дружинин, оставили о произведениях довольно лестные отзывы. Более того, под давлением Тургенева они помоги Фету выпустить новую книгу.
В сущности, это были все те же ранее написанные стихи 1850 года. В 1856 году, после выхода нового сборника, снова изменились жизнь и творчество Фета. Кратко говоря, на поэта обратил внимание сам Некрасов. Немало лестных слов в адрес Афанасия Фета было написано именно мэтром российской литературы. Вдохновлённый столь высокими похвалами поэт развивает бурную деятельность. Он печатается почти во всех литературных журналах, что, несомненно, поспособствовало некоторому улучшению финансового положения.
Романтическое увлечение
Постепенно наполнялись светом жизнь и творчество Фета. Самое главное его желание - получение дворянского титула - должно было скоро осуществиться. Но очередной императорский указ вновь поднимал планку получения потомственного дворянства. Теперь, чтобы обрести заветный чин, нужно было уже дослужиться до полковника. Поэт понял, что дальше продолжать тянуть ненавистную ему лямку военной службы просто бесполезно.
Но как часто это бывает, человеку не может не везти абсолютно во всем. Еще находясь на Украине, Фет был приглашён на прием к своим друзьям Бржевским и в соседнем имении повстречал девушку, которая потом долго не выходила у него из головы. Это была одаренная музыкантша Елена Лазич, чей талант поразил даже знаменитого композитора гастролировавшего тогда по Украине.
Как оказалось, Елена была страстной поклонницей поэзии Фета, а тот, в свою очередь, был поражен музыкальными способностями девушки. Конечно, без романтики невозможно представить себе жизнь и творчество Фета. Краткое содержание его романа с Лазич умещается в одну фразу: молодые люди испытывали нежные чувства друг к другу. Однако Фет очень тяготится своим бедственным финансовым положением и не решается на серьёзное развитие событий. Поэт пытается объяснить свои проблемы Лазич, но та, как все девушки в такой ситуации, плохо понимает его терзания. Фет прямым текстом говорит Елене о том, что свадьбы не будет.
Трагическая смерть любимой
После этого он старается не видеться с девушкой. Уезжая в Петербург, Афанасий понимает, что обречён на вечное духовное одиночество. По мнению некоторых историков, изучающих его жизнь и творчество, Афанасий Фет слишком прагматично писал друзьям про женитьбу, про любовь и про Елену Лазич. Скорее всего, романтичный Фет просто увлекся Еленой, не собираясь отягощать себя более серьезными отношениями.
В 1850 году, будучи в гостях у тех же Бржевских, он не решается поехать в соседнее поместье, чтобы расставить все точки над «i». Позже Фет очень жалел об этом. Дело в том, что Елена вскоре трагически погибла. История умалчивает, являлась ли ее страшная смерть самоубийством или нет. Но факт остается фактом: девушка сгорела заживо в поместье.
Сам Фет узнал об этом, когда в очередной раз посетил своих друзей. Это настолько потрясло его, что до конца жизни поэт винил именно себя в смерти Елены. Он мучился тем, что не смог найти правильных слов, чтобы успокоить девушку и объяснить ей свое поведение. После смерти Лазич было много кривотолков, однако никто и никогда не доказал причастность Фета к этому печальному событию.
Брак по расчету
Справедливо рассудив, что на армейской службе он вряд ли достигнет своей цели - дворянского титула, Фет берет длительный отпуск. Взяв с собой все накопленные гонорары, поэт устремляется в путешествие по Европе. В 1857 году в Париже он неожиданно женится на Марии Петровне Боткиной, дочери богатого торговца чаем, которая, ко всем прочему, была родной сестрой литературного критика В. П. Боткина. Судя по всему, это и был тот самый брак по расчету, о котором так долго мечтал поэт. Современники очень часто спрашивали Фета о причинах женитьбы, на что тот отвечал красноречивым молчанием.
В 1858 году Фет приезжает в Москву. Его опять одолевают мысли о скудности финансов. Видимо, приданое жены не в полной мере удовлетворяет его требованиям. Поэт очень много пишет, много издается. Зачастую количество произведений не соответствует их качеству. Это подмечают и близкие друзья, и литературные критики. Серьезно охладела к творчеству Фета и публика.
Помещик
Примерно в это же время уходит от столичной суеты Лев Толстой. Осев в Ясной Поляне, он пытается вернуть вдохновение. Вероятно, Фет решил последовать его примеру и осесть в своем имении в Степановке. Иногда говорят, что здесь закончились жизнь и творчество Фета. Интересные факты, однако, нашлись и в этом периоде. В отличие от Толстого, который действительно обрел в провинции второе дыхание, Фет все больше забрасывает литературу. Он теперь увлечен поместьем и хозяйством.
Нужно отметить, что как помещик он действительно себя нашел. Уже через некоторое время Фет приумножает свои владения, купив еще несколько соседних имений.
Афанасий Шеншин
В 1863 году поэт издает небольшой лирический сборник. Даже несмотря на маленький тираж он так и остался нераспроданным. Зато соседи-помещики оценили Фета совсем в другом качестве. Около 11 лет он занимал выборную должность мирового судьи.
Жизнь и творчество Афанасия Афанасьевича Фета подчинены были единственной цели, к которой он шел с поразительным упорством, - восстановлению своих дворянских прав. В 1873 году выходит царский указ, который ставит точку в сорокалетних мытарствах поэта. Он полностью восстановлен в правах и узаконен как дворянин с фамилией Шеншин. Афанасий Афанасьевич признается жене, что даже не хочет вслух произносить ненавистную ему фамилию Фет.
Краткая биография поэта, основные факты жизни и творчества:
АФАНАСИЙ АФАНАСЬЕВИЧ ФЕТ (1820-1892)
Афанасий Афанасьевич Фет (Шеншин) родился 23 ноября (5 декабря) 1820 года в селе Новоселки близ Мценска.
История его рождения столь запутана, что вряд ли кому доведется в ней разобраться, а сама по себе проблема необычайно важна для отечественной литературы, поскольку именно она предопределила жизнь, судьбу и творчество одного из величайших поэтов России.
Факты таковы. Мать мальчика Шарлотта Элизабета Беккер происходила из старинного восточногерманского дворянского рода. 18 мая 1818 года она вышла замуж за Иоганна Питера Карла Вильгельма Фёта, великогерманского окружного асессора из Дармштадта. Говорили, что Фёт был внебрачным ребенком одного из сыновей великого герцога Гессен-Дармштадтского. 17 июля 1819 года у четы Фётов родилась дочь. В начале 1820 года в Дармштадт приехал на излечение родовитый, но обедневший помещик Орловской губернии Мценского уезда Афанасий Неофитович Шеншин. Участник войны 1812 года, некрасивый, в возрасте (далеко за сорок лет). Он страстно полюбил Шарлотту Фёт, выкрал и увез ее в Россию. Женщине было в то время двадцать два года. Почему она согласилась на побег, неизвестно. Беглянка была беременна. Все биографы сходятся на том, что отцом великого поэта Шеншин не был. Однако впоследствии и Иоганн Фёт в завещании не признал мальчика своим сыном.
Сам Афанасий Афанасьевич публично утверждал, что отец его -
Шеншин. Но сохранилось письмо Фета к невесте, в котором он раскрыл
тайну своего рождения. На конверте письма, которое Фет просил сжечь
сразу по прочтении, рукой Фета начертано: «Читай про
себя» - и рукой его супруги М. Боткиной приписано:
«Положить со мной во гроб». «Моя мать,
- писал Фет, - была замужем за отцом моим
- дармштадтским ученым и адвокатом Фетом, родила дочь
Каролину и была беременна мною. В это время приехал и жил в Дармштадте
вотчим мой Шеншин, который увез мать мою от Фета, и когда Шеншин
приехал в деревню, то через несколько месяцев мать родила
меня… Вот история моего рождения».
Афанасий Афанасьевич родился - по одним документам - 29 октября 1820 года, по другим - 29 ноября. Сам поэт отмечал свой день рождения 23 ноября.
Младенца крестили по православному обряду и внесли в церковную метрическую книгу как сына Афанасия Шеншина. Однако на тот момент Иоганн Фёт еще считался мужем Шарлотты Беккер, брак был расторгнут в Дармштадте только 8 декабря 1821 года. И лишь 4 сентября 1822 года, когда Шарлотта приняла православие и получила православное имя Елизавета Петровна, состоялось венчание Шеншиных.
Известно, что в 1830 году Шеншин не включил имя Афанасия в прошение о внесении в дворянскую родословную книгу. Еще при жизни Фета стала распространяться весьма популярная сегодня сплетня о том, что А. Н. Шеншин, проезжая через Кенигсберг, будто бы «купил» у местного еврея-корчмаря его беременную жену и привез наложницу к себе в имение…
До четырнадцати лет Афанасий Шеншин-младший рос как обыкновенный русский барчук. В конце 1834 года жизнь его резко изменилась. Отец неожиданно увез Афанасия в Москву, затем в Петербург. Далее, посоветовавшись с влиятельными приятелями, он отправил мальчика в глухой лифляндский городишко Верро (ныне Выру в Эстонии), где Афанасия определили на учебу в «частное педагогическое заведение» некоего Крюммера. Все говорит о том, что у Шеншина объявились сильные враги, которые вздумали нанести удар по его самому уязвимому месту, - епархиальному начальству доложили, что сын Шеншина является внебрачным ребенком. Чиновникам немедля потребовалось «восстановить справедливость». Если бы Шеншин был богатым могущественным вельможей, проблем не возникло бы. В начале 1835 года Орловская духовная консистория постановила считать отцом мальчика не Шеншина, а умершего уже Иоганна Фёта.
Ради дальнейшего благополучия семьи Афанасий Неофитович был вынужден пожертвовать старшим сыном. Фет вспоминал: «Однажды отец без дальнейших объяснений написал мне, что отныне я должен носить фамилию Фет… В пансионе это известие возбудило шум: - Что это такое? у тебя двойная фамилия? отчего же нет другой? откуда ты? что ты за человек? и т.д., и т.д. Все подобные возгласы и необъяснимые вопросы еще сильнее утверждали во мне решимость хранить на этот счет молчание, не требуя ни от кого из домашних объяснений». Фамилию Фет Афанасий Афанасьевич носил почти сорок лет.
Одновременно с фамилией молодой человек потерял права на столбовое дворянство, на отцовское имение, на российскую принадлежность - отныне он считался гессен-дармштадским подданным, иностранцем, пришельцем и разночинцем… Подписывать Афанасий обязан был: «К сему руку приложил иностранец Фет». Когда позже поэта спросили, что для него было самым мучительным в жизни, он отвечал, что все слезы и боль его сосредоточены в одном слове - «Фет».
В 1837 году теперь уже Афанасий Фет приехал в Москву и поступил на философский факультет университета. Числился он студентом из иностранцев, учился не положенные четыре года, а целых шесть лет. Как признавал позже сам Фет, у него неожиданно пробудился поэтический дар, и вместо того чтобы ходить на лекции, он целыми днями писал стихи. В 1840 году вышел первый сборник его стихотворений «Лирический пантеон», подписанный «А. Ф.».
В период 1842-1843 годов в «Отечественных записках» и «Москвитянине» было опубликовано в общей сложности 85 стихотворений Фета. Талант начинающего поэта был отмечен Н. В. Гоголем.
Но в 1844 году жизнь Афанасия Афанасьевича в очередной раз резко изменилась. В начале года умерла тяжело болевшая мать, а осенью ушел из жизни дядя Петр Неофитович Шеншин. Когда Афанасия лишили прав наследования, одинокий дядя обещал оставить племяннику свое имение. Но Петр Неофитович умер в Пятигорске, где лечился на водах, а оставшееся без его присмотра имение разграбили, и деньги из банка таинственным образом исчезли. Афанасий Афанасьевич остался без средств к существованию. Выход у него оставался один - пойти служить в армию.
Фет принял русское подданство (не напоминает ли это вам нынешние издевательства властей над нашими соотечественниками?) и спустя месяц был произведен в корнеты. Прикомандировали его к штабу корпуса Орденского кирасирского полка в Херсонской губернии.
Через год поэт получил офицерский чин, первый в длинной череде выслуги для приобретения со временем дворянства.
Летом 1848 года у Фета произошел целый ряд знакомств, которые сыграли чуть ли не решающую роль в его дальнейшей судьбе. Полк, в котором служил Фет, размещался в селе Красноселье. Здесь молодой человек был приглашен на бал к местному богатому помещику, уездному предводителю дворянства Алексею Федоровичу Бржескому. На балу поэт познакомился с супругой хозяина - Александрой Львовной Бржеской, с которой оставался в дружеской переписке более пятидесяти лет - до конца жизни.
Неподалеку от имения Бржеских находилась Федоровка, имение сестры Алексея Федоровича - Елизаветы Федоровны Петкович, где часто гостили племянницы хозяйки - сестры Лазич. На правах хорошего знакомого Бржеских Фет зачастил в гости к Петковичам.
Молодой человек влюбился в Елену Лазич. Это общепринятая версия, но необходимо помнить, что сам Фет имя своей возлюбленной никогда не называл, а Лазич была определена литературоведами в 1920-х годах. В семействе родственников девушка пользовалась заслуженной симпатией. Отец Елены, генерал-майор в отставке, вдовец, был человеком порядочным, но бедным.
Роман длился более года. Неожиданно Фет принял решение, что никогда не женится на Елене, чем обрек себя на пожизненное духовное одиночество. Причины такого решения он объяснил так: «Я ясно понимаю, что жениться офицеру, получающему 300 руб., без дому, на девушке без состояния значит необдуманно и недобросовестно брать на себя клятвенное обещание, которого не в состоянии выполнить».
Вскоре Фету пришлось по служебной надобности на время уехать. Когда он вернулся, его ждала страшная весть: Елены Лазич уже не было в живых. О случившейся трагедии сам Фет написал так: «…последний раз легла она в белом кисейном платье и, закурив папироску, бросила, сосредоточенная вниманием на книге, на пол спичку, которую считала потухшей. Но спичка, продолжавшая гореть, зажгла спустившееся на пол платье, и девушка только тогда заметила, что горит, когда вся правая сторона была в огне. Растерявшись при совершенном безлюдье, за исключением беспомощной девочки сестры… несчастная, вместо того, чтобы, повалившись на пол, стараться хотя бы собственным телом затушить огонь, бросилась по комнатам к балконной двери гостиной, причем горящие куски платья, отрываясь, падали на паркет, оставляя на нем следы рокового горенья. Думая найти облегчение на чистом воздухе, девушка выбежала на балкон. Но при первом же появлении на воздухе пламя поднялось выше ее головы, и она… бросилась по ступенькам в сад… На крики сестры прибежали люди и отнесли ее в спальню. Всякая медицинская помощь оказалась излишней».
Позже Фет признался, будучи уверенным, что виноват в гибели Елены: «Я ждал женщины, которая поймет меня, и дождался ее. Она, сгорая, кричала: “Аu nom du ciel sauvez les lettres”. (“Ради всего святого, спасите письма”. - Франц.) и умерла со словами: “Он не виноват, а я”. После этого и говорить не стоит».
С этого страшного года за Фетом укрепилось прозвание «певец печали».
В 1853 году Фета перевели в гвардейский уланский полк, который на летних сборах располагался в Красном Селе, возле столицы. Это дало поэту возможность познакомиться с И. С. Тургеневым, а через него - с издателями и авторами «Современника»: Некрасовым, Панаевым, Гончаровым, Дружининым, Григоровичем, Анненковым, Боткиным, позднее со Львом Толстым. Вскоре Фет стал в «Современнике» своим человеком, но относились к нему со снисходительностью, как к человеку небольшого ума. О поэте с улыбкой говорили: «Глаза круглые, рот круглый, бессмысленное изумление на лице». С помощью «Современника» Фет издал в 1856 году сборник стихотворений, который имел огромнейший успех.
В 1857 году вышел указ нового императора Александра II, по которому звание потомственного дворянина давал лишь чин полковника. Потрясенный Фет понял, что военная служба даст ему дворянство только в конце жизни, вышел в отставку и переехал жить в Москву.
Весной 1857 года поэт сделал предложение Марии Петровне Боткиной, дочери известного купца-чаеторговца и сестре Василия Петровича Боткина, известного писателя, критика, близкого друга Белинского, друга и ценителя Фета. Мария Петровна предложения никак не ожидала, обрадовалась и немедля дала согласие. Жениху шел тридцать седьмой год, невесте - тридцатый. Боткина была привлекательна своим добродушием и простотой, но имела незаконнорожденного ребенка. Возник «союз одиноких душ», в котором было немало и настоящей любви. Мария Петровна стала с тех пор неотделима от Фета на всю оставшуюся жизнь. В приданое поэт получил 35 тысяч рублей серебром - огромную по тем временам сумму…
В 1860 году Фет купил в Мценском уезде Орловской губернии степной хуторок Степановку, который при его деловитом хозяйствовании быстро преобразился в богатейшую усадьбу с регулярным парком и с плодородными сельскохозяйственными угодьями.
Вскоре Фет превратился в страстного накопителя, занятого прежде всего мыслями о приумножении и без того уже немалого состояния. Росла его слава как выдающегося землеустроителя, прекрасного хозяйственника, позволявшего разбогатеть и крестьянину, и самому себе. Любопытно, что в канун реформы 1861 года Фет прославился на всю страну как яростный защитник старых порядков.
Со временем поэт купил Воробьевку (более чем за 100 тысяч рублей!) - замечательно красивую барскую усадьбу, которую он назвал «наша микроскопическая Швейцария». Затем имение Ольховатку Щигровского уезда Курской губернии, затем имение Граворонку в Землянском уезде Воронежской губернии, с этим имением поэту достался второй конный завод, поскольку конный завод был уже в Воробьевке.
Среди соседей-помещиков Фет становился все более уважаемым лицом. Выражением этого был выбор его в 1867 году на установленную судебной реформой 1864 года и считавшуюся тогда весьма почетной должность мирового судьи, в которой он оставался в течение целых 17 лет.
В Москве Феты купили просторный дом в центре города на Плющихе (ныне дом № 36).
Росла слава поэта Фета. В 1860-х годах шла ожесточенная борьба между революционными демократами и литературно наиболее близкими Фету либералами. Поэт занял особую позицию - антиреволюционную и антилиберальную. Вопреки Некрасову он заявил, что поэт не обязан быть гражданином! Поскольку в «Современнике» окончательно утвердилась линия Чернышевского - Добролюбова, Фет отказался сотрудничать с журналом.
В 1863 году поэт выпустил новое собрание своих стихотворений в двух частях, которое новое демократическое поколение не приняло - небольшой тираж книги по наводке Писарева не распродался до конца жизни Фета - почти за тридцать лет! Такое отношение читающей публики ввергло поэта в длительный творческий кризис. Он на долгие годы умолк, перестал публиковать свои стихотворения.
В 1873 году 26 декабря вышел Указ Сената о присоединении А. А. Фета к роду Шеншиных. Это была победа. Но, странное дело, так страстно жаждавший сменить имя поэт продолжал печатать стихи под прежней фамилией. Разъяснение он дал в следующих строках:
Я между плачущих Шеншин,
А Фет я только средь поющих.
Другом и поклонником Афанасия Афанасьевича был великий князь Константин Константинович Романов, известный в русской литературе поэт, издававшийся под псевдонимом К. Р. Его хлопотами в 1889 году к пятидесятилетнему литературному юбилею поэта новый император Александр III пожаловал Фету предворное звание старшего ранга - камергер.
К концу жизни поэт стал суровым консерватором. Рассказывали, что, бывая в Москве и проезжая на извозчике мимо университета, он в обязательном порядке опускал окно кареты и с ненавистью плевал в сторону заведения. Привыкший к этому кучер каждый раз останавливался без дополнительных указаний.
Только в 1881 году Фет неожиданно вернулся в литературу. Вначале как переводчик. Им был издан перевод главного труда Шопенгауэра «Мир как воля и представление». Далее последовали: в 1882 году - перевод первой части «Фауста» И. В. Гёте; в 1883 году - стихотворный перевод всех сочинений Горация; в 1888 году - вторая часть «Фауста». В течение последних семи лет жизни поэта вышли переводы: «Сатиры» Ювенала, «Стихотворения» Катулла, «Элегии» Тибулла, «Превращения» и «Скорби» Овидия, «Элегии» Проперция, «Энеида» Вергилия, «Сатиры» Персия, «Горшок» Плавта, «Эпиграммы» Марциала, «Герман и Доротея» Гёте, «Семела» Шиллера, «Дюпон и Дюран» Мюссе, многие стихотворения Гейне.
После долгого перерыва Фет вновь стал создавать оригинальные стихотворения. Они публиковались выпусками под названием «Вечерние огни» (выпуск I - 1883 год; выпуск II - 1885 год; выпуск III - 1888 год; выпуск IV - 1891 год).
В 1890 году вышли в свет два тома мемуаров «Мои воспоминания»; третий том «Ранние годы моей жизни» был опубликован посмертно в 1893 году.
В год смерти Фет подготовил итоговое издание своих произведений. Это позволило Н. Н. Страхову и К. Р. выпустить в 1894 году двухтомное собрание произведений Фета.
Подобно его рождению смерть Фета окутана покровом тайны. Свидетельства близких поэта таковы. За полчаса до смерти Фет настойчиво пожелал выпить шампанского. Жена побоялась дать больному алкоголь, и поэт отправил ее к врачу за разрешением. Оставшись вдвоем со своей секретаршей, Афанасий Афанасьевич продиктовал ей записку странного содержания: «Не понимаю сознательного преумножения неизбежных страданий, добровольно иду к неизбежному». Под этим он сам подписал: «21-го ноября Фет (Шеншин)». Затем схватил стальной стилет, лежавший на его столе для разрезывания бумаги. Секретарша бросилась вырывать оружие и поранила себе руку. Тогда Фет побежал через несколько комнат в столовую к буфету, очевидно, за другим ножом и вдруг, часто задышав, упал на стул. Это был конец. Формально самоубийство не состоялось. Но по характеру всего происшедшего это было, конечно, заранее обдуманным и решенным самоубийством.
Официально было объявлено, что поэт умер от застарелой «грудной болезни», осложненной бронхитом.
Афанасий Афанасьевич Фет (1820-1892)
На протяжении почти ста лет — половина XIX века и первая половина XX — вокруг творчества Афанасия Афанасьевича Фета шли нешуточные бои. Если одни видели в нем великого лирика и удивлялись, как Лев Толстой: «И откуда у этого… офицера берется такая непонятная лирическая дерзость, свойство великих поэтов…», то другие, как, например, Салтыков-Щедрин, видели поэтический мир Фета «тесным, однообразным и ограниченным», Михаил Евграфович даже написал, что «слабое присутствие сознания составляет отличительный признак этого полудетского миросозерцания».
Демократы XIX века и большевики XX числили Фета во второстепенных поэтах, потому что, мол, он не общественно значимый поэт, нет у него песен протеста и революционного настроя. Отвечая на такие нападки, Достоевский в свое время написал знаменитую статью «Г-н — бов и вопрос об искусстве». Он отвечал Н. А. Добролюбову, возглавившему в то время критику и идеологию журнала «Современник» и называвшего «бесполезным» искусство, подобное поэзии Фета.
Достоевский приводит такой пример: «Положим, что мы переносимся в восемнадцатое столетие, именно в день лиссабонского землетрясения. Половина жителей в Лиссабоне погибает; дома разваливаются и проваливаются; имущество гибнет; всякий из оставшихся в живых что-нибудь потерял — или имение, или семью. Жители толкаются по улицам в отчаянии, пораженные, обезумевшие от ужаса. В Лиссабоне живет в это время какой-нибудь известный португальский поэт. На другой день утром выходит номер лиссабонского „Меркурия“ (тогда все издавалось в „Меркурии“). Номер журнала, появившегося в такую минуту, возбуждает даже некоторое любопытство в несчастных лиссабонцах, несмотря на то, что им в эту минуту не до журналов; надеются, что номер вышел нарочно, чтоб дать некоторые сведения, сообщить некоторые известия о погибших, о пропавших без вести и проч. и проч. И вдруг — на самом видном месте листа бросается всем в глаза что-нибудь вроде следующего:
Шепот, робкое дыханье,
Трели соловья,
Серебро и колыханье
Сонного ручья,
Свет ночной, ночные тени,
Тени без конца.
Ряд волшебных изменений
Милого лица.
В дымных тучках пурпур розы,
Отблеск янтаря,
И лобзания, и слезы,
И заря, заря!..
Да еще мало того: тут же, в виде послесловия к поэмке, приложено в прозе всем известное поэтическое правило, что тот не поэт, кто не в состоянии выскочить вниз головой из четвертого этажа (для каких причин? — я до сих пор этого не понимаю; но уж пусть это непременно надо, чтоб быть поэтом; не хочу спорить). Не знаю наверно, как приняли бы свой „Меркурий“ лиссабонцы, но, мне кажется, они тут же казнили бы всенародно, на площади своего знаменитого поэта, и вовсе не за то, что он написал стихотворение без глагола, а потому, что вместо трелей соловья накануне слышались под землей такие трели, а колыханье ручья появилось в минуту такого колыхания целого города, что у бедных лиссабонцев не только не осталось охоты наблюдать —
В дымных тучках пурпур розы
Отблеск янтаря,
Но даже показался слишком оскорбительным и небратским поступок поэта, воспевающего такие забавные вещи в такую минуту их жизни. Разумеется, казнив своего поэта (тоже очень небратски), они… через тридцать, через пятьдесят лет поставили бы ему на площади памятник за его удивительные стихи вообще, а вместе с тем и за „пурпур розы“ в частности».
Фет всегда был, как нынче говорят, знаковой фигурой. Поэтому для выражения своей мысли Достоевский взял лирическое стихотворение Фета, доказывая, что искусство самоценно само по себе, без прикладного значения, что «польза» уже в том, что оно настоящее искусство.
Такие споры дошли и до нашего времени, но поэзия Фета теперь уже, кажется, стоит незыблемо на самой вершине поэтического Олимпа. Последняя волна занижения достоинств этого поэта накатилась в 1970-е годы, когда несколько крупных современных поэтов (Владимир Соколов, Николай Рубцов, Анатолий Передреев и другие) ярко заявили, что они опираются на традиции поэтической культуры Фета. Тогда в ответ на это Евтушенко обозвал их всех «фетятами». Но это уже ничего не значило. Все понимали уже, что такое Фет и что такое Евтушенко.
А Фет — это, еще процитируем Достоевского, «стихи, полные такой страстной жизненности, такой тоски, такого значения, что мы ничего не знаем более сильного, более жизненного во всей нашей русской поэзии». Я приведу стихотворение, которое много лет назад вошло в мою душу, и я его повторяю в самые трудные моменты жизни. Вот к вопросу о «чистом искусстве», о «пользе и тому подобном».
Учись у них — у дуба, у березы.
Кругом зима. Жестокая пора!
Напрасные на них застыли слезы,
И треснула, сжимаяся, кора.
Все злей метель и с каждою минутой
Сердито рвет последние листы,
И за сердце хватает холод лютый;
Они стоят, молчат; молчи и ты!
Но верь весне. Ее промчится гений,
Опять теплом и жизнию дыша.
Для ясных дней, для новых откровений
Переболит скорбящая душа.
Сколько жизненной силы в этом стихотворении, какое оно свежее, музыкальное.
Надо сказать, что основная отличительная черта поэтической культуры Фета — это именно музыкальностью. Сам поэт о своем творчестве писал: «Чайковский тысячу раз прав, так как меня всегда из определенной области слов тянуло в неопределенную область музыки, в которую я уходил, насколько хватало сил моих». Поэтому на многие его стихи композиторы написали романсы, а «На заре ты ее не буди…» стала просто народной песней.
Фет говорил: «Что не выскажешь словами, — / Звуком на душу навей…» Приведем короткое стихотворение, в котором именно навеяно поэтическое состояние. Восемь строк, но за ними видна вся Россия:
Чудная картина,
Как ты мне родна:
Белая равнина,
Полная луна.
Свет небес высоких,
И блестящий снег,
И саней далеких
Одинокий бег.
Фета упрекали в уходе от гражданских и патриотических тем «в мир интимных душевных переживаний». Упрекали необоснованно. Вот приведенное стихотворение, безусловно, относится к патриотической лирике в ее самом высоком выражении. Фет вообще был страстным патриотом. И его сдержанная, но мощная патриотическая стихия ощутима в стихах «Я вдаль иду моей дорогой…», «Одинокий дуб», «Теплый ветер тихо веет…», «Под небом Франции», «Ответ Тургеневу», «Даки»…
Афанасий Афанасьевич родился в имении Новоселки Мценского уезда Орловской губернии. Был внебрачным сыном помещика Шеншина, а фамилию свою получил от матери Шарлотты Фет, одновременно с этим утратив права на дворянство. Многие годы потом он будет добиваться потомственного дворянского звания, через службу в армии, добьется и получит дворянскую фамилию Шеншин. Но в литературе навсегда останется как Фет.
Учился он на словесном факультете Московского университета, здесь сблизился с будущим поэтом и критиком Аполлоном Григорьевым. Еще студентом Афанасий издал свою первую книгу «Лирический Пантеон». В армии он служил с 1845 по 1858 год, служил в кавалерийских войсках, в полку тяжелой артиллерии, в гвардейском уланском полку. После службы он приобрел много земли и стал помещиком.
В 1857 году Фет женился. Но этому предшествовала трагическая любовь, которая на всю жизнь оставила след в сердце поэта. Во время армейской службы на Украине поэт познакомился с Марией Лазич. Это была высокообразованная девушка, талантливая музыкантша, чья игра вызвала восхищение у гастролировавшего тогда на Украине Ференца Листа. Она была страстной поклонницей поэзии Фета и полюбила его самозабвенно. Но Фет не решился жениться на этой девушке, потому что тогда не имел возможности содержать семью. И так получилось, что Мария Лазич в этот момент трагически погибла — загорелось платье от упавшей свечи… Умирала она в жутких муках. Говорили о самоубийстве из-за «расчетливости» Фета. Так это или нет — точно не известно, но Фет потом всю жизнь в стихах возвращался к образу этой девушки. Прочтите, например, «Долго снились мне вопли рыданий твоих…»
Фет женился через семь лет после этой трагедии на сестре своего приятеля — видного критика и писателя Василия Боткина.
Женившись, Фет целиком ушел в хозяйство и даже, надо сказать, был образцовым помещиком. Прибыль у него в хозяйстве все время росла. Жил он почти безвыездно в мценской Степановке. Менее чем в 100 километрах находилась Ясная Поляна. Фет был ближайшим другом Льва Толстого, они ездили друг к другу, дружили семьями, переписывались.
Стихи он писал до самой глубокой старости. В 1880 году издал серию небольших сборников стихотворений — почти исключительно новых — под названием «Вечерние огни». Книжки эти выходили тиражом всего по несколько сот экземпляров и все же не были распроданы. Кумиром любителей поэзии был тогда Надсон, книги его шли нарасхват. Зато минули десятилетия, и «Вечерние огни» стали переиздаваться уже в наше время миллионными тиражами, а где Надсон, кого он интересует всерьез? Вот такие бывают зигзаги в поэтических судьбах.
В старости Фет нередко говорил жене: «Ты никогда не увидишь, как я умру». 21 ноября (3 декабря) 1892 года он нашел предлог, чтобы отослать из дома жену, позвал секретаря и продиктовал: «Не понимаю сознательно приумножения неизбежных страданий. Добровольно иду к неизбежному». Подписав эту записку, Фет схватил стальной стилет, служивший для разрезания бумаг… Секретарь, поранив себе руку, вырвала стилет. Тогда Фет побежал в столовую, схватился за дверцу ящика, где хранились ножи, но упал и умер… смерть его как бы была и не была самоубийством. Есть в ней нечто общее с гибелью Марии Лазич: было или не было?..
Как поэт Фет, конечно, будет проходить легко из столетия в столетие — красота и глубина его поэзии неисчерпаемы. Иногда он бывает и провидцем. В 1999 году мы отметили 200-летие со дня рождения А. С. Пушкина. Фет написал сонет на открытие памятника Пушкину в Москве. Прочтем его и удивимся, как много в нем и о нашем времени.
К памятнику Пушкина (Сонет)
Исполнилось твое пророческое слово,
Наш старый стыд взглянул на бронзовый твой лик,
И легче дышится, и мы дерзаем снова
Всемирно возгласить: ты гений, ты велик!
Но, зритель ангелов, глас чистого, святого,
Свободы и любви живительный родник,
Заслыша нашу речь, наш вавилонский крик,
Что в них нашел бы ты заветного, родного?
На этом торжище, где гам и теснота,
Где здравый русский смысл примолк, как сирота,
Всех громогласный тать, убийца и безбожник,
Кому ночной горшок всех помыслов предел,
Кто плюет на алтарь, где твой огонь горел,
Толкать дерзая твой незыблемый треножник!
* * *Вы читали биографию (факты и годы жизни) в биографической статье, посвящённой жизни и творчеству великого поэта.
Спасибо за чтение. ............................................
Copyright: биографии жизни великих поэтов
Афанасий Афанасьевич Фет (23.11.1820-21.11.1892), русский поэт. Отцом его был немец Иоганн-Питер-Карл-Вильгельм Фёт (Fö), асессор городского суда Дармштадта. Мать Шарлотта-Елизавета Беккер лишь около года прожила в браке с мужем. Она, будучи беременной от него (это подтверждается ее письмами первому мужу и родственникам), увлеклась бывшим в Германии на лечении 45-летним русским дворянином, ротмистром Афанасием Шеншиным и в сентябре 1820 г. уехала с ним в Россию.
Сын ее родился в с. Новоселки Орловской губернии, был крещен по православному обряду, назван Афанасием, в метрической книге записан сыном помещика Афанасия Неофитовича Шеншина. В сентябре 1822 г. Шеншин венчался с Шарлоттой Беккер, которая перед венчанием приняла православие и стала называться Елизаветой Петровной Фет.
В 1834 г., когда Афанасию Шеншину было 14 лет, обнаружилась некая "ошибка" в документах (отсутствие официального усыновления), мальчик был лишен фамилии, дворянства и русского подданства и стал "гессендармштадтским подданным Афанасием Фетом". Это стало для него душевной травмой, так как он считал себя сыном Шеншина, а не Фетом. Лишь в 1873 г. ему удалось официально взять себе фамилию Шеншин, но литературные произведения он продолжал подписывать фамилией Фет, поскольку уже приобрел известность с этим именем.
В 1834–1837 гг. Фет учился в немецкой школе-пансионе в г. Верро (ныне Выру, Эстония), затем на словесном отделении философского факультета (окончил в 1844 г.), где сблизился с литераторами А.А. Григорьевым, Я.П. Полонским. В этот же период стал писать и публиковать свои стихи.
Первый поэтический сборник Фета "Лирический пантеон" был опубликован в 1840 г. при участии Григорьева. В 1842 г. последовали публикации в журналах "Москвитянин" и "Отечественные записки". В 1845 г., желая выслужить дворянство, Фет поступает на военную службу в кирасирский полк и через год получает первое офицерского звание.
В 1850 г. выходит второй сборник стихов, встретивший положительные отзывы критиков. 1853 г. Фета переводят в гвардейский полк, расквартированный под С.-Петербургом. Поэт часто бывает в столице и знакомится с , и др. Сближается с редакцией журнала "Современник". При их содействии в 1856 г. появляется третий сборник Фета (под редакцией Тургенева).
Женившись в 1857 г. на М.П. Боткиной, поэт уходит в отставку в чине гвардейского штаб-ротмистра и становится успешным помещиком. Он перестает печататься, а в 1859 г. прекращает отношения и с журналом "Современник". Этого не меняет даже выход двухтомного собрания стихотворений Фета в 1863 г. В 1867 г. Фета избирают мировым судьей на 11 лет. В 1873 г. ему возвращено дворянство и фамилия Шеншин.
В годы поэтического молчания Фета о его интересах свидетельствуют переведенные им на русский язык произведения Горация, Овидия, Гёте ("Фауст"), философские трактаты Шопенгауэра. Только на склоне жизни Фет вернулся к поэтическому творчеству, выпустил 4 сборника стихов под общим названием "Вечерние огни" (1883, 1885, 1888, 1891). Написал также мемуары "Мои воспоминания" и "Ранние годы моей жизни".
Романтическая поэзия Фета аполитична и чужда интересам общественной жизни того времени (об этом он постоянно спорил с Некрасовым). Фет остро чувствует и необычно "музыкально" отражает в своих стихах токи бытия в русской природе, в которых отражается и "пейзаж" многоплановой русской души. В этом главная сила гармоничной поэзии урожденного немца по крови, ставшего выдающимся русским поэтом.
Фет скончался в Москве от сердечного приступа 21 ноября 1892 г. Похоронен в селе Клейменово, родовом имении Шеншиных.
ИЗ СТИХОТВОРЕНИЙ А.А. ФЕТА
Чудная картина,
Как ты мне родна:
Белая равнина,
Полная луна,Свет небес высоких,
И блестящий снег,
И саней далеких
Одинокий бег.Какая ночь! На всём какая нега!
Благодарю, родной полночный край!
Из царства льдов, из царства вьюг и снега
Как свеж и чист твой вылетает май!Какая ночь! Все звёзды до единой
Тепло и кротко в душу смотрят вновь,
И в воздухе за песнью соловьиной
Разносится тревога и любовь.Берёзы ждут. Их лист полупрозрачный
Застенчиво манит и тешит взор.
Они дрожат. Так деве новобрачной
И радостен и чужд её убор.Нет, никогда нежней и безтелесней
Твой лик, о ночь, не мог меня томить!
Опять к тебе иду с невольной песней,
Невольной – и последней, может быть.Не тем, Господь, могуч, непостижим
Ты пред моим мятущимся сознаньем,
Что в звездный день твой светлый Серафим
Громадный шар зажег над мiрозданьем.
И мертвецу с пылающим лицом
Он повелел блюсти Твои законы,
Все пробуждать живительным лучом,
Храня свой пыл столетий миллионы;
Нет, Ты могуч и мне непостижим
Тем, что я сам, безсильный и мгновенный,
Ношу в груди, как оный Серафим,
Огонь сильней и ярче всей вселенной,
Меж тем, как я, добыча суеты,
Игралище ее непостоянства,
Во мне он вечен, вездесущ, как Ты,
Ни времени не знает, ни пространства.
Которого представлена в этой статье, - русский поэт-лирик, переводчик, мемуарист. Родился он в 1820 году, 23 ноября, а умер в 1892 году, 21 ноября.
Детство будущего поэта
В небольшом имении, расположенном в Орловской губернии, во Мценском уезде, родился Афанасий Афанасьевич Фет. Биография его интересна уже самим происхождением будущего поэта. Отец его работал в суде Дармштадта асессором, мать, Беккер Шарлотта Елизавета, оставила супруга на седьмом месяце беременности и тайно уехала в Россию с Афанасием Шеншиным. Когда мальчик родился, он был крещен по православному обычаю. Имя ему дали Афанасий. Записан он был как сын Шеншина. Шарлотта Елизавета Фет в 1822 году приняла православие, после чего обвенчалась с Шеншиным.
Учеба
Фет получил хорошее образование. Легко давалась учеба способному Афанасию. Он закончил в 1837 году в городе Верро, расположенном в Эстонии, частную немецкую школу. Уже в это время будущий поэт стал писать стихи, а также проявлял интерес к классической филологии и литературе. Для того чтобы подготовиться к университету, он после школы обучался у профессора Погодина в пансионате. Этот человек был журналистом, историком и писателем. Афанасий Фет в 1838 году поступил сначала на юридический, а затем на философский факультет университета в Москве.
Первый сборник стихов
Во время учебы в университете он сблизился с Аполлоном Григорьевым - одним из студентов, увлекавшимся поэзией. Вместе они начали посещать кружок, в котором занимались литературой и философией. Фет при участии Григорьева выпустил первый сборник своих стихов под названием "Лирический пантеон". Эта книга получила одобрение Белинского. Гоголь также отметил, что Фет является "несомненным дарованием". Для поэта это стало своего рода благословением, вдохновило на дальнейшее творчество. Его стихи в 1842 году были опубликованы в различных изданиях, включая такие популярные журналы, как "Москвитянин" и "Отечественные записки". В 1844 году закончил учебу в университете Афанасий Афанасьевич Фет. Биография его затем продолжилась военной службой.
Военная служба
Афанасий Афанасьевич в 1845 году покинул Москву и поступил в кирасирский полк, находящийся на юге России. Поэт считал, что военная служба необходима ему для того, чтобы вернуть себе дворянское звание. Через год получил звание офицера Афанасий Афанасьевич Фет. Биография его дополнилась в 1853 году еще одним важным событием: начинающего поэта перевели в гвардейский полк, расквартированный неподалеку от Петербурга. Афанасий Афанасьевич часто навещал столицу, встречался с Гончаровым, Тургеневым, Некрасовым, а также сблизился с редакцией "Современника", популярного в то время журнала. Воинская карьера в целом складывалась не очень успешно. Фет в 1858 году подал в отставку в чине штаб-ротмистра.
Трагическая любовь
В годы службы пережил трагическую любовь, оказавшую большое влияние на его творчество, Афанасий Фет. Биография краткая его непременно включает упоминание о Марии Лазич. Это была возлюбленная поэта, девушка из бедной, но хорошей семьи. Данное обстоятельство стало препятствием для заключения брака. Влюбленные расстались, а через некоторое время девушка при пожаре трагически погибла (поговаривали и о самоубийстве). Поэт хранил память о ней до самой смерти.
Женитьба на Марии Боткиной
Афанасий Фет в возрасте 37 лет женился на дочери чаеторговца из обеспеченной семьи Марии Боткиной. Она не отличалась красотой и молодостью. Брак этот был по расчету. Поэт рассказал перед свадьбой невесте о своем происхождении, упомянул и о родовом проклятии, которое, по его мнению, могло бы стать препятствием для брака (о нем читайте ниже). Однако эти признания не испугали Марию Боткину, и в 1857 году состоялась свадьба. Вышел в отставку через год Афанасий Фет.
Биография (краткая) этих лет его жизни следующая. Поселился поэт в Москве, где стал заниматься литературой. Семейная жизнь Афанасия Афанасьевича была благополучной. Он приумножил состояние Марии Боткиной. Детей у этой пары не было. Афанасия Фета в 1867 году избрали мировым судьей. Жил он в своем имении как настоящий помещик. С новой силой начал работать поэт лишь после возвращения всех привилегий потомственного дворянина и фамилии отчима.
Творчество Фета
Значительный след в отечественной литературе оставил Афанасий Афанасьевич Фет. Краткая биография включает лишь основные его творческие достижения. Расскажем о них. Сборник "Лирический пантеон" был выпущен еще во время учебы в университете. Первые стихи Фета были попыткой уйти от тяжелой действительности. Он много писал о любви, воспевал в произведениях красоту природы. В его творчестве уже тогда появилась одна характерная черта: Афанасий Афанасьевич говорил о вечных и важных понятиях только намеками, умел мастерски передавать различные оттенки настроений, пробуждая у читателей светлые и чистые эмоции.
"Талисман"
Творчество Фета после смерти Марии Лазич приобрело новое направление. Своей возлюбленной посвятил поэму под названием "Талисман" Афанасий Афанасьевич Фет. Краткая биография этой девушки будет представлена в конце этой статьи, когда мы расскажем вам о некоторых интересных фактах из жизни поэта. Исследователи предполагают, что ей же были посвящены и все последующие стихи Афанасия Афанасьевича о любви. "Талисман" вызвал живой интерес критиков и множество положительных отзывов. Фет в это время был признан одним из лучших поэтов современности.
Афанасий Афанасьевич считался одним из представителей так называемого чистого искусства. То есть в своих произведениях он не затрагивал важных социальных вопросов, оставаясь до конца жизни убежденным монархистом и консерватором. Фет в 1856 году выпустил свой третий поэтический сборник, в котором воспевал красоту. Именно ее он считал главной и единственной целью творчества.
Не прошли бесследно для поэта тяжелые удары судьбы. Афанасий Афанасьевич ожесточился, порвал отношения со многими приятелями, практически перестал творить. Поэт в 1863 году издал двухтомное собрание своих произведений, а затем наступил 20-летний перерыв в его творчестве.
"Вечерние огни"
Лишь после возвращения привилегий потомственного дворянина и фамилии отчима он занялся творчеством с новыми силами. Произведения Афанасия Фета к концу жизни приобретали все более философский оттенок, присутствовал в них так называемый метафизический реализм. Писал Афанасий Фет о единстве человека со всей Вселенной, о вечности, о высшей реальности. Афанасий Афанасьевич написал в период с 1883 по 1891 год более трехсот различных стихотворений, вошедших в сборник под названием "Вечерние огни". Данный сборник пережил четыре выпуска при жизни поэта, а пятый вышел после его смерти.
Смерть Афанасия Фета
Великий поэт умер от сердечного приступа. Однако исследователи его творчества и жизни убеждены, что перед смертью им была предпринята попытка покончить с собой. Но точно нельзя сказать, была ли отмечена этим эпизодом жизнь такого человека, как Афанасий Фет. Биография, интересные факты о нем иногда вызывают у исследователей споры. Некоторые из них все же признаются большинством как достоверные.
- Когда будущему поэту было 14 лет (в 1834 году) выяснилось, что он не является юридически сыном Шеншина, русского помещика, и запись об этом сделана была незаконно. Анонимный донос, сделанный неизвестным, стал причиной разбирательств. Как приговор прозвучало решение: Афанасий отныне должен носить фамилию матери, а также он лишался российского подданства и привилегий потомственного дворянина. Внезапно из богатого наследника он превратился в человека без имени. Как позор воспринял данное событие Фет. Навязчивой идеей стало для него возвращение утраченного положения. Его мечта сбылась лишь в 1873 году, когда Фету было уже 53 года.
- Тяжелым бременем была отмечена судьба такого поэта, как Афанасий Афанасьевич Фет. Биография для детей о нем обычно об этом не упоминает. Для поэта существовала опасность одной родовой болезни. Дело в том, что в его роду имелись сумасшедшие. Уже в зрелом возрасте два брата Фета потеряли рассудок. Под конец жизни его мать также страдала безумием. Эта женщина умоляла всех убить ее. Сестра Надя незадолго до брака Афанасия Афанасьевича с Марией Боткиной также попала в психиатрическую клинику. Ее там навещал брат, однако Надя не узнавала его. Часто замечал и за собой приступы тяжелой меланхолии Афанасий Фет, биография и творчество которого это подтверждают. Поэт все время опасался, что его постигнет та же участь, что и родных.
- В 1847 году во время военной службы в Федоровке поэт познакомился с девушкой по имени Мария Лазич. Ее очень полюбил Афанасий Афанасьевич Фет. Биография и творчество его во многом сложились под влиянием этой встречи. Отношения между влюбленными начались с легкого флирта, переросшего постепенно в глубокое чувство. Однако красивая, хорошо образованная Мария не могла все-таки стать хорошей партией для надеявшегося вернуть звание дворянина Фета. Поняв, что любит эту девушку по-настоящему, поэт все-таки решил, что не женится на ней. Девушка к этому отнеслась спокойно, однако решила через некоторое время разорвать отношения с Фетом. После этого поэту сообщили о трагедии в Федоровке. В комнате Марии вспыхнул пожар, на ней загорелась одежда. Девушка, пытаясь спастись, выбежала сначала на балкон, а затем в сад. Однако ветер лишь раздувал пламя. Умирала Мария Лазич несколько дней. Последние слова этой девушки были о Фете. Эту потерю тяжело перенес поэт. До конца жизни он сожалел о том, что не женился на Марии. Душа его опустела, и больше не было в его жизни настоящей любви.
Итак, вы познакомились с таким поэтом, как Афанасий Афанасьевич Фет. Биография и творчество кратко были представлены в этой статье. Надеемся, что эта информация вызывала желание у читателя познакомиться поближе с великим поэтом. Поэзию так называемого нового классицизма ознаменовало творчество такого автора, как Фет Афанасий Афанасьевич. Биография (полная) представлена Бухштабом Б.Я. Называется книга "А. А. Фет. Очерк жизни и творчества". По этой работе вы можете ближе познакомиться с таким великим русским поэтом, как Афанасий Афанасьевич Фет. Биография по датам в ней дается довольно подробно.
Афанасий Афанасьевич Фет (настоящая фамилия Шеншин) (1820-1892) - русский поэт, член-корреспондент Петербургской АН (1886).
Афанасий Фет родился 5 декабря (23 ноября по старому стилю) 1820 года в селе Новоселки Мценского уезда Орловской губернии. Он был внебрачным сыном помещика Шеншина и в четырнадцать лет по решению духовной консистории получил фамилию своей матери Шарлотты Фет, одновременно утратив право на дворянство. Впоследствии он добился потомственного дворянского звания и возвратил себе фамилию Шеншин, но литературное имя - Фет - осталось за ним навсегда.
Афанасий учился на словесном факультете Московского университета, здесь он сблизился с Аполлоном Григорьевым и входил в кружок студентов, усиленно занимавшихся философией и поэзией. Еще студентом, в 1840 году, Фет издал первый сборник своих стихотворений - "Лирический Пантеон". В 1845-1858 годах он служил в армии, затем приобрел большие земли и стал помещиком. По своим убеждениям А. Фет был монархистом и консерватором.
Происхождение Афанасия Афанасьевича Фета до сих пор остается до конца не выясненным. Согласно официальной версии, Фет был сыном орловского помещика Афанасия Неофитовича Шеншина и Шарлотты-Елизаветы Фет, сбежавшей от своего первого мужа в Россию. Бракоразводный процесс затянулся, и свадьба Шеншина и Фет произошла только после рождения мальчика. По другой версии его отцом был первый муж Шарлотты-Елизаветы Иоганн-Петер Фет, но ребенок родился уже в России и был записан под фамилией своего приемного отца. Так или иначе, в возрасте 14 лет мальчик был признан незаконнорожденным и лишен всех дворянских привилегий. Это событие, в одночасье превратившее сына богатого русского помещика в безродного иностранца, оказало глубокое влияние на всю последующую жизнь Фета. Желая оградить сына от судебных разбирательств относительно его происхождения, родители отправили мальчика в немецкую школу-пансион в городе Верро (Выру, Эстония). В 1837 полгода провел он в московском пансионе Михаила Петровича Погодина, готовясь к поступлению в Московский университет и в 1838 стал студентом историко-филологического отделения философского факультета. Университетское окружение (Аполлон Александрович Григорьев, в доме которого Фет жил во все время своего обучения, студенты Яков Петрович Полонский, Владимир Сергеевич Соловьев, Константин Дмитриевич Кавелин и др.) как нельзя лучше способствовало становлению Фета как поэта. В 1840 он выпустил первый сборник «Лирический Пантеон А. Ф». Особого резонанса «Пантеон» не произвел, однако сборник заставил обратить на себя внимание критиков и открыл дорогу в ключевые периодические издания: после его публикации стихи Фета стали регулярно появляться в «Москвитянине» и «Отечественных записках».
Ты говоришь мне: прости! Я говорю: до свиданья!
Фет Афанасий Афанасьевич
Надеясь получить дворянскую грамоту, в 1845 году Афанасий Афанасьевич записался в кирасирский орденский полк, расквартированный в Херсонской губернии, в чине унтер-офицера, уже через год он получил звание офицера, однако незадолго до этого стало известно, что отныне дворянство дает только чин майора. В годы херсонской службы в жизни Фета разразилась личная трагедия, наложившая отпечаток на последующее творчество поэта. Возлюбленная Фета, дочь отставного генерала Мария Лазич, скончалась от полученных ожогов - ее платье вспыхнуло от по неосторожности или нарочно уроненной спички. Версия самоубийства кажется наиболее вероятной: Мария была бесприданницей, и ее брак с Фетом был невозможен. В 1853 году Фет был переведен в Новгородскую губернию, получив возможность часто бывать в Петербурге. Его имя постепенно возвращалось на страницы журналов, этому способствовали новые друзья - Николай Алексеевич Некрасов, Александр Васильевич Дружинин, Василий Петрович Боткин, входившие в редакцию «Современника». Особую роль в творчестве поэта сыграл Иван Сергеевич Тургенев, подготовивший и опубликовавший новое издание стихотворений Фета (1856).
В 1859 году Афанасий Афанасьевич Фет получил долгожданный чин майора, однако мечте вернуть дворянство не суждено было тогда исполниться - с 1856 этот титул присуждался только полковникам. Фет вышел в отставку и после продолжительной поездки за границу обосновался в Москве. В 1857 женился на немолодой и некрасивой Марии Петровной Боткиной, получив за ней солидное приданое, позволившее приобрести поместье в Мценском уезде. «Он сделался теперь агрономом - хозяином до отчаянности, отпустил бороду до чресл... о литературе слышать не хочет и журналы ругает с энтузиазмом», - так комментировал произошедшие с Фетом перемены И. С. Тургенев. И действительно, в течение долгого времени из-под пера талантливого поэта выходили только обличительные статьи о пореформенном состоянии сельского хозяйства. «Людям не нужна моя литература, а мне не нужны дураки», - написал Фет в письме к Николаю Николаевичу Страхову, намекая на отсутствие интереса и непонимание со стороны современников, увлеченных гражданской поэзией и идеями народничества. Современники отвечали тем же: «Все они (стихи Фета) такого содержания, что их могла бы написать лошадь, если бы выучилась писать стихи», - так звучит хрестоматийная оценка Николая Гавриловича Чернышевского.
К литературному творчеству Афанасий Фет вернулся лишь в 1880-х годах после возвращения в Москву. Теперь он уже был не безродный бедняк Фет, а богатый и уважаемый дворянин Шеншин (в 1873 сбылась, наконец, его мечта, получена дворянская грамота и фамилия отца), умелый орловский помещик и владелец особняка в Москве. Он снова сблизился со своими старыми друзьями: Полонским, Страховым, Соловьевым. В 1881 увидел свет его перевод основного труда Артура Шопенгауэра «Мир как воля и представление», год спустя - первой части «Фауста», в 1883 - сочинений Горация, позже Децима Юния Ювенала, Гая Валерия Катулла, Овидия, Марона Публия Вергилия, Иоганна Фридриха Шиллера, Альфреда де Мюссе, Генриха Гейне и других знаменитых писателей и поэтов. Небольшими тиражами выходили сборники стихов под общим названием «Вечерние огни». В 1890 году появились два тома мемуаров «Мои воспоминания»; третий, «Ранние годы моей жизни», был опубликован посмертно, в 1893 году.
К концу жизни физическое состояние Фета стало невыносимым: резко ухудшилось зрение, обострившаяся астма сопровождалась приступами удушья и мучительнейшими болями. 21 ноября 1892 Фет продиктовал своей секретарше: «Не понимаю сознательного преумножения неизбежных страданий, добровольно иду к неизбежному». Попытка самоубийства не удалась: поэт скончался раньше от апоплексического удара.
Все творчество Фета может быть рассмотрено в динамике своего развития. Первые стихи университетского периода тяготеют к воспеванию чувственного, языческого начала. Прекрасное обретает конкретные наглядные формы, гармоничные и завершенные. Между духовным и плотским мирами не существует противоречия, есть то, что их объединяет - красота. Поиск и раскрытие красоты в природе и человеке - вот основная задача раннего Фета. Уже в первом периоде появляются тенденции, характерные для более позднего творчества. Предметный мир станл менее четким, а на первый план вышли оттенки эмоционального состояния, импрессионистические ощущения. Выражение невыразимого, бессознательного, музыки, фантазии, переживания, попытка ухватить чувственное, не предмет, а впечатление от предмета - все это определило поэзию Афанасия Фета 1850-1860-х годов. Поздняя лирика писателя складывалась во многом под влиянием трагической философии Шопенгауэра. Для творчества 1880-х годов характерна попытка уйти в другой мир, мир чистых идей и сущностей. В этом Фет оказался близок эстетике символистов, считавших поэта своим учителем.
Афанасий Афанасьевич Фет скончался 3 декабря (21 ноября по старому стилю) 1892 года, в Москве.
"Его статьи, в которых он ратовал за интересы помещиков, возбуждали негодование всей передовой печати. После долгого перерыва в поэтической работе, на седьмом десятке своих лет, в 80-х годах Фет выпускает сборник стихов "Вечерние огни", где его творчество развернулось с новой силой.
Фет вошел в историю русской поэзии как представитель так называемого "чистого искусства". Он утверждал, что красота - единственная цель художника. Природа и любовь были главными темами произведений Фета. Но в этой сравнительно узкой сфере талант его проявился с огромным блеском. ...
Афанасий Фет особенно мастерски передавал нюансы чувств, смутные, беглые или едва зарождающиеся настроения. "Уменье ловить неуловимое" - так характеризовала критика эту черту его дарования".
Стихотворения Афанасия Фета
На заре ты ее не буди,
На заре она сладко так спит;
Утро дышит у ней на груди,
Ярко пышет на ямках ланит.
И подушка ее горяча,
И горяч утомительный сон,
И, чернеясь, бегут на плеча
Косы лентой с обеих сторон.
А вчера у окна ввечеру
Долго, долго сидела она
И следила по тучам игру,
Что, скользя, затевала луна.
И чем ярче играла луна
И чем громче свистал соловей,
Все бледней становилась она,
Сердце билось больней и больней.
Оттого-то на юной груди,
На ланитах так утро горит.
Не буди ж ты ее, не буди...
На заре она сладко так спит!
Я пришел к тебе с приветом,
Рассказать, что солнце встало,
Что оно горячим светом
По листам затрепетало;
Рассказать, что лес проснулся,
Весь проснулся, веткой каждой,
Каждой птицей встрепенулся
И весенней полон жаждой;
Рассказать, что с той же страстью,
Как вчера, пришел я снова,
Что душа все так же счастью
И тебе служить готова;
Рассказать, что отовсюду
На меня веселье веет,
Что не знаю сам, что буду
Петь - но только песня зреет.
Какие-то носятся звуки
И льнут к моему изголовью.
Полны они томной разлуки,
Дрожат небывалой любовью.
Казалось бы, что ж? Отзвучала
Последняя нежная ласка,
По улице пыль пробежала,
Почтовая скрылась коляска...
И только... Но песня разлуки
Несбыточной дразнит любовью,
И носятся светлые звуки
И льнут к моему изголовью.
Музе
Надолго ли опять мой угол посетила,
Заставила еще томиться и любить?
Кого на этот раз собою воплотила?
Чьей речью ласковой сумела подкупить?
Дай руку. Сядь. Зажги свой факел вдохновенный.
Пой, добрая! В тиши признаю голос твой
И стану, трепетный, коленопреклоненный,
Запоминать стихи, пропетые тобой.
Как сладко, позабыв житейское волненье,
От чистых помыслов пылать и потухать,
Могучее твое учуя дуновенье,
И вечно девственным словам твоим внимать.
Пошли, небесная, ночам моим бессонным
Еще блаженных снов и славы и любви,
И нежным именем, едва произнесенным,
Мой труд задумчивый опять благослови.
Всю ночь гремел овраг соседний,
Ручей, бурля, бежал к ручью,
Воскресших вод напор последний
Победу разглашал свою.
Ты спал. Окно я растворила,
В степи кричали журавли,
И сила думы уносила
За рубежи родной земли,
Лететь к безбрежью, бездорожью,
Через леса, через поля, -
А подо мной весенней дрожью
Ходила гулкая
земля.
Как верить перелетной тени?
К чему мгновенный сей недуг,
Когда ты здесь; мой добрый гений,
Бедами искушенный друг?
Учись у них - у дуба, у березы.
Кругом зима. Жестокая пора!
Напрасные на них застыли слезы,
И треснула, сжимаяся, кора.
Все злей метель и с каждою минутой
Сердито рвет последние листы, -
И за сердце хватает холод лютый;
Они стоят, молчат; молчи и ты!
Но верь весне. Ее промчится гений,
Опять теплом и жизнию дыша.
Для ясных дней, для новых откровений
Переболит скорбящая душа.
Прости и все забудь в безоблачный ты час,
Как месяц молодой на высоте лазури;
И в негу внешнюю врываются не раз
Стремленьем молодым пугающие бури.
Когда ж под тучею, прозрачна и чиста,
Поведает заря, что минул день ненастья, -
Былинки не найдешь и не найдешь листа,
Чтобы не плакал он и не сиял от счастья.
Одним толчком согнать ладью живую
С наглаженных отливами песков,
Одной волной подняться в жизнь иную,
Учуять ветер с цветущих берегов.
Тоскливый сон прервать единым звуком,
Упиться вдруг неведомым, родным,
Дать жизни вздох, дать сладость тайным мукам
Чужое вмиг почувствовать своим,
Шепнуть о том, пред чем язык немеет,
Усилить бой бестрепетных сердец -
Вот чем певец лишь избранный владеет,
Вот в чем его и признак и венец!
Ель рукавом мне тропинку завесила.
Ветер. В лесу одному
Шумно, и жутко, и грустно, и весело,
Я ничего не пойму.
Ветер. Кругом все гудит и колышется,
Листья кружатся у ног.
Чу, там вдали неожиданно слышится
Тонко взывающий рог.
Сладостен зов мне глашатая медного!
Мертвые что мне листы!
Кажется, издали странника бедного
Нежно приветствуешь ты.
1891.
Афанасий Афанасьевич Фет - цитаты
Ночь. Не слышно городского шума.
В небесах звезда - и от нее,
Будто искра, заронилась дума
Тайно в сердце грустное мое.
Мама! глянь-ка из окошка -
Знать, вчера недаром кошка
Умывала нос:
Грязи нет, весь двор одело,
Посветлело, побелело -
Видно, есть мороз.
Не колючий, светло-синий
По ветвям развешан иней -
Погляди хоть ты!
Словно кто-то тороватый
Свежей, белой, пухлой ватой
Все убрал кусты.
Давно забытые, под лёгким слоем пыли,
Черты заветные, вы вновь передо мной
И в час душевных мук мгновенно воскресили
Всё, что давно-давно утрачено душой.
Горя огнём стыда, опять встречают взоры
Одну доверчивость, надежду и любовь,
И задушевных слов поблекшие узоры
От сердца моего к ланитам гонят кровь.
Встречу ль яркую в небе зарю,
Ей про тайну свою говорю,
Подойду ли к лесному ключу
И ему я про тайну шепчу.
А как звёзды в ночи задрожат,
Я всю ночь им рассказывать рад;
Лишь когда на тебя я гляжу,
Ни за что ничего не скажу.
Из тонких линий идеала,
Из детских очерков чела
Ты ничего не потеряла,
Но всё ты вдруг приобрела.
Твой взор открытей и бесстрашней,
Хотя душа твоя тиха;
Но в нём сияет рай вчерашний
И соучастница греха.